Покаяние «Иуды»

– Организуем, сегодня или завтра с утра, – улыбаясь, промолвил Николай.

– Тогда, начальники, зовите следака, хочу на нары, – пошутил Эди, окинув ироничным взглядом своих собеседников.

– Не дай бог, такого иметь по ту сторону баррикад, – произнес Николай, коснувшись рукой плеча Эди.

– Да ну тебя, Коля, чего только в твою голову не лезет, – широко улыбнулся Артем. – Иди лучше зови нашего следопыта.

– Уже бегу, – отшутился Николай, медленно поднимаясь со стула.

– Таким темпом у тебя получится как в дремучем анекдоте о черепахе, которую лев посылал звать на сход зверей прохиндейку лису, – произнес Артем, подтрунивая над медленно двигающимся к выходу Николаем.

– Будете ерничать, вообще не пойду, – бросил он в сторону Артема, уже взявшись за ручку двери.

Тем не менее, через каких-то десять минут он вернулся вместе с Бородиным, который с порога в сердцах выпалил:

– Но такого мерзавца, как этот ваш Бизенко, я еще не видывал, он меня до кипения довел, ты ему одно, а он талдычит только о своем и о своем.

Окинув вошедшего недовольным взглядом, Артем жестко промолвил:

– Между прочим, он у нас один на всех и ожидать от него душевных откровений не следует. Надо заставить его говорить, используя для этого все доступные средства.

– Извините, вы уже не первый раз мне говорите, что надо заставить, заставить, но не забывайте, мы живем не в те времена, когда…

– Вы меня не так поняли, – прервал Артем следователя, – я имею в виду, прежде всего, искусство допроса, умение заставить этого подонка ошибаться.

– Мы и так немало продвинулись, – отпарировал Бородин, – с таким человеком, как Бизенко, не все сразу получается, а мою эмоцию, коллега, вы восприняли дословно. Не торопитесь с выводами, в нашем случае необходима дотошная совместная работа. Поэтому предлагаю ежедневно с учетом складывающейся ситуации корректировать план и тактику работы с подследственным, а не только призывать к действиям. Тогда и результат не заставит себя ждать.

Эди внимательно слушал Бородина, который, к его удивлению, неожиданно дал резкий отпор необоснованным наездам на себя, проявив при этом твердость характера и знание дела.

От этого Артем сначала было даже растерялся, а потом съежился и, как показалось Эди, намеривался осадить, на его взгляд, зарвавшегося следователя. В целом создалась ситуация, которая могла перерасти в контрпродуктивное столкновение характеров, что усложнило бы их дальнейшую совместную работу, чего нельзя было допустить.