Волнение. Кровь на снегу

Стёкла давно помутнели, и возникает ощущение, что никому уже не нужен этот транспорт, и он ожидает своей последней поездки, на этот раз на настоящую свалку.

Приближаясь, я не перестаю изучать это грузовик, и становится всё виднее, что ткань грузового отсека обычно не доходит до самого дна, а шнуровкой стягивается с боковиной кузова, сзади две части связываются и между собой. Сейчас же куски ткани слабо развиваются, следуя дыханию ветра, и окончания шнурков, почти касаясь земли, стучат по поржавевшему механизму автомобиля, шинам.

Стук. Монотонный, но аритмичный. И хлопки ткани, что не устанет болтаться всю ночь. Но что-то ещё.

– Стой, – негромко говорю Сину, и сразу добавляю ещё тише: – Я слышу дыхание в грузовике, там может кто-то быть…

Друг поворачивает голову, направляя ухо в направление грузовика и замирает.

– Слышу, – Джо отвечает быстро и обрывисто. Тело друга напрягается, и мы оба немного приседаем, понижая корпуса тела: двигаться нужно осторожно.

Медленно приближаемся к старому грузовику, что стоит в десяти метрах от нас.

Уже невозможно не слышать дыхание. Оно… Странное. Оно не человеческое, или очень болезненное, с хрипами, лёгкими стонами. Может… Почти скулёж, завывание…

Но что-то есть ещё: слышно, как когтями по железу кто-то агрессивно царапает, возиться… Это точно что-то опасное. Что же, или кто это? Мы уже не дальше пяти метров, и теперь к скрежету и завыванию прибавился шорох. Нет, шум, громкий шум; представляю, как кто-то поднимается из лежачего положения в глубине кузова.

Наверное, так и есть.

Всё ближе и ближе… Пока из темноты за тканью не вырывается хрипящее завывание, и с тошнотворным бульканьем начинаются громкие звуки стука о дно кузова. Шаги! Оно уже здесь.

– Джо!

Мы оба наготове, ждём. Ждём. Всё ещё темно, так темно за этими проклятыми тряпками. И уже ни слышно ни единого звука. Мы должны увидеть собственными глазами, мы справимся, просто нужно подтверждение. Просто…

– Джо… Джо… – лицо Сина сереет, когда мы оба понимаем, что тихий зов доноситься из грузовика.

– Спокойно, спокойно, – шепчу другу, хватая его за плечо, чтобы успокоить. – Ждём. Эта тварь скоро появиться.

Бум! На край кузова падает… Тело. Из-за серости ткани падает человек, шеей приземляясь прямо на край кузова, который не выдерживает, отламывается, и голова человека остаётся болтаться над землёй, обнажая нам голую шею. Всё остальное тело во тьме, а наши сердца бьются.