Волнение. Кровь на снегу

Замочная

Я никогда не верил ему. Он меня не обманывал, я просто не хотел слышать то, что мне говорят, верил в свой путь. Но как бы я не вилял… Вот я и здесь, как поставленный в коридор, где стены не дадут свернуть. Но я готов поставить свою жизнь на то, что он и понятия не имел о том, как этот коридор меняет форму, какие крутые спуски ждут впереди, как потолок играет в догонялки с полом, стены то жмут, то разбегаются в стороны, а в окнах образы – отражения всего спектра переживаний человека: едкая зависть, давящая печаль, трепещущая тревожность, животный ужас, запредельное удовольствие, разбитая ярость.

Меня ожидает что угодно за следующим стеклом. Я не жду двери, чтобы выйти, я принял свой путь, но меня он отнюдь не радует. Идём.

А ещё он мне никогда не говорил, что я сам буду этим коридором, или связанным с ним. Город Дрив… Он дышит, чувствует, но не как человек, он… Тяжелее? Массивнее, он един и коллективен, такой пустой, холодный на ощупь, но звенящий, нет, глухо гудящий монотонным голосом.

У него теперь есть желание, я никогда не слышал о таком изуверстве неживого объекта: он дойдёт до любой грани ради моей безопасности. Но я вижу, до боли ясно осознаю, как сияние солнца через лупу, что только мои силы и желания ведут его волю, если я сдаюсь, то сдаётся и он. Неограниченные умения, возможности, недоступные для человека, они все в моём кармане, только руку просунь. Что мне с этим делать? Ты не хочешь взять?

Пока меня ведут друзья, мы все вместе, но, наступает иногда момент, когда ведомый становится перед всеми идущими.

Тогда что? Идём.

Я уже начал свой путь к переду колонны. Дриву нужен Дрив. Он мне так сказал. Я тогда молчал. И слушал.

В размышлениях сознание начинает терять свою силу, мысли расправляют чешуйчатые крылья пяденицы, уносясь в глухоту зимней ночи, и открывают в коридоре свою дверь сновидения. Подобная мыльному пузырю плёнка переливается цветами преломленного света в дверном проёме, что-то за ней ждёт меня.

Мягкий свет лужицей разливается у моих ног, от которых растёт дрожащая тень за спиной. Ступи.

Не успевает мысль заставить ноги прийти в движение, как с силой швыряет туда, за грань, и, вопреки ожиданиям возведённым образом цветного пузыря, глаза заливает тьма глубин. Ночное забвение приходит, подавляющей силой заявляя о своём прибытии, я теряю весь контроль.