Волнение. Кровь на снегу

– Что же вы голубчики, сейчас мы вас обработаем… – в этот момент начинают медленно спускаться покачивающиеся мелкие треугольные зеркала, связанные между собой – я знаю, что это.

– Уберите усилитель, Симон! – кричу в проход, направляясь в ту же сторону.

– Откуда вы, кхе… – слышится уже совсем близко.

– Это мы: Дрив и Штефт, профессор! – огибаю компьютерный стол, бросая слова перед собой.

Я не достигаю прохода в жилую зону, к нам выходит уже сам Вайковский. Его высокая фигура, широкие плечи, поникшие под грузом возраста, проявляются сквозь тьму.

Его черты освещает мерцание лампочки слева и холодный свет лаборатории. Большое лицо с высоким лбом, в глубине глазниц – карие глаза, поджатые узкие губы, спрятанные бородой и усами, крупный, но всё ещё узкий нос, сильный волевой подбородок слегка кривого прикуса, что оставляет его частенько со слабо приоткрытым ртом. Неаккуратные волосы спадают на плечи волнами, иногда они остаются просто спутаны вокруг головы, но сейчас видно, что он приводил себя в порядок. Цвет его волос – соль с перцем, но уже теряет остроту смеси. На морщинистой шее и нижнем лице – борода, совсем короткая, но особенно аккуратная. Он, скорее всего, подправлял её, когда мы пришли сюда.

Синий халат, обёртывающий домашнюю одежду, и чёрные тапочки также кричат о домашней идиллии, в которую мы ворвались. Хотя в этой его голове-шторме редко штиль, поэтому ему не привыкать к неожиданностям.

– Я не понял, вы как здесь, ребята? – слышу удивление в этой быстрой фразе, такой же резвой, как и у Дина.

– Дверь была открыта, профессор, – подходит к нам уже Ник, – мы впустили себя.

– А постучать не могли? – оборачивается к нему Вайковский.

Штефт просто поднимает бровь и параллельный ей уголок рта, пожимает плечами сложенных на груди рук.

– В бездну стук, – махает рукой и обхватывает меня ей же за плечи старик, – вы почему не позвонили, дорогуша?

– А, эм, – заминаюсь, – простите, мы забыли видимо.

– Забыли-забыли, ну и всё тогда: повешу звонок, – мы с ним проходим в центр лаборатории, и он говорит нам: – У меня есть для вас новости, я кое-что выяснил.

– Про видения тут рядом? – спрашивает, глядя снизу вверх в глаза профессора, Ник.

– Что? Нет, конечно, чушь какая, – он охватывает подбородок своей рукой и слегка поглаживает. – Хотя это может помочь вам в любом случае: мои исследования дали небольшие плоды, а именно, я смог зафиксировать что-то, точнее я не сумел зафиксировать даже следов чего-то.