Я и мои друзья. Детские истории

 – А то их родители их бросят и от них улетят, и их некому будет кормить. Пообещай мне, что ты их не тронешь.

– Хорошо, – соглашаюсь с ним я.

А потом незаметно подкрался к нам по улице синий вечер. На наш домик сначала опустились серые тени. А затем набежала откуда-то с поля с самой горы, что находится прямо за нашим домиком, темнота. В комнате за окном с белыми кружевными занавесками стало черным-черно. На небе еще не появилось ни звездочки. Не выглянула из-за туч и бледная луна, чтобы осветить нам землю. Лишь соседские окна домов на той стороне улицы за канавой блестят в ночи желтым светом.

Мы все собрались в небольшом зале. Взрослые сидят на диване и жёстких коричневых стульях в комнате и смотрят маленький старый черно-белый телевизор, а я ищу и не нахожу себе занятия. Мне неинтересно смотреть телевизор и мне сейчас скучно. Я не понимаю, что по нему показывают, о чём говорят, и не понимаю, почему старшие внимательно и сосредоточенно уставились в эту маленькую коробочку, где мелькают какие-то лица и картины окружающей нас природы, о чём-то говорят, а мне никто не уделяет никакого внимания.

А я хочу его и требую, а потому начинаю всех потихоньку тормошить и заводить. Я хочу, чтобы взрослые занимались мной, переключили свои интересы и внимание на меня, а не на какой-то телевизионный ящик. Разве я этого не достоин, и разве я не ценнее и важнее какого-то там телевизора?

Чтобы привлечь внимание, я хожу по ногам сидящих на диване и стульях взрослых, родителей и дедушки с бабушкой, и периодически пытаюсь упасть спиной на пол.

Я так играю. Я наслаждаюсь в эти мгновения полётом, от которого у меня захватывает дух, а заодно проверяю реакцию взрослых, хочу, чтобы меня успели поймать, прежде чем я упаду и ударюсь спиной об пол, как это уже было однажды.

За мной зорко следят и всегда успевают поймать меня перед самым полом.

– На улице Бабай возле окна стоит, мы сейчас его позовем, он посадит тебя в мешок и унесет далеко-далеко, – говорит мне серьезно дед. Ему надоело мое баловство, и он устал от моих хулиганских действий.

Это действует на меня успокаивающе, но лишь на время. Я знаю, что Бабай существует. Это злой дед с седой длинной бородой и с большим мешком за спиной, куда может поместиться ребенок. Он стоит за окном дома в темноте, и может меня унести, если меня ему отдадут. И на несколько минут успокаиваюсь. Я не хочу в мешок. Не хочу, чтобы меня куда-то унесли. Не хочу оказаться среди чужих. Лучше быть среди своих.