Выпьем… «За любовь!»

– А ещё ждёшь?

– Вы б лучше налили ещё. Хотя нет! Лучше я сама.

Она налила ещё. Ведя беседу на нейтральную тему, больше связанную с работой, мы выпили ещё. Потом ещё.

– Всё! Юрий Алексеевич, Вы давайте на боковую, а я домой.

– В смысле?

– Уж полночь близится.

– А Германа всё нет? – поддержал я фразу Ирмы.

– Идите спать!

– А ты?

– Я тоже сейчас поеду домой спать.

– Оставайся у меня.

Ирма удивлённо на меня посмотрела, встала и поправила свою причёску:

– Так! Где у Вас выход?

Недолго думая, я пошёл к входной двери и закрыл её на замок, а ключ сунул в карман брюк и обратился к удивлённой Ирме, которая, уже начала обуваться:

– Значит так! Одна от меня уже ушла искать более шикарную жизнь, другую выпускать я не буду.

– А…

– А спать будешь в зале! Пошли стелить.

– Ну, если в зале, то пошли.

И мы пошли. Я помог постелить. Ирма, правда, мне не дала самостоятельно трудиться и отобрала простыню. Ну и правильно. У меня на тот момент уже голова начала кружиться.

Потом помню, что Ирма меня привела в спальню и начала раздевать. Я почти отрезвел, когда её руки сняли с меня пиджак, расстегнули мою рубашку и стянули её с меня. Невольно мои руки потянулись к её одежде.

– Юрий Алексеевич, ручки положите мне на плечи. А то я смотрю, Вы совсем едва на ногах стоите. Сейчас я с Вас брючки сниму, и можете на кровать садиться.

Мне было непонятно, почему я не могу её раздеть, но повиновался. И действительно через секунду Ирма расстегнула ремень на моих брюках, ещё секунда и молния тоже поддалась её ручкам.

Но интимности в этих движениях не было. Опустив мои брюки до колен, она усадила меня на кровать и довершила раздевание. Последнее, что с меня было снято, были мои носки. Трусы она с меня не стала снимать. Хотя я предлагал.

Повалив меня на кровать и, укрыв одеялом, она вышла в зал.

– Ирма! Вернись! Мне холодно без тебя!

– Спите уже!

– Ирма! Кровать слишком большая для меня одного… я замерзаю-ю!

– Живо спать!

***

Когда проснулся рано утром, ужасно хотел пить и искупаться.

Встал, побрёл на кухню. Но проходя мимо дивана, что у меня стоит в зале, был приятно удивлён, увидев Ирму. Она спала. Она не ушла? А ведь могла. Ключики из моих брюк уж точно могла извлечь и сбежать. Однако не сбежала. От этой мысли мне стало безумно приятно.

Одеяло скрывало Ирму, но не всю. Невольно моё внимание задержалось на красивой женской обнажённой ножке. Не знаю почему, но я, как дурак, стал улыбаться.