Когда палач придет домой

Не исключено, что она находилась в этом секторе с поддельным межзональным пропуском, чужим «ючем» и глушителем видеосигнала полного спектра частот, поэтому мы сейчас проводим дополнительную проверку всех, кто был в этом районе сегодня. Работа эта, как ты сам понимаешь, огромная, и положительные результаты будут нескоро.

– Ясненько, – сказал я, – а что еще?

– Установлено, что ты не сумасшедший, и я убедил Мартинелли не заносить замечания о нарушении правил в твое личное дело, указав на 20 лет безупречной службы в нашем бюро.

– Большое спасибо, сэр, – подчеркнуто-вежливо ответил я. Я ничего не забыл и не собирался забывать – независимо от того, что мне сейчас говорил босс.

– Ну ладно, хватит болтать. Тебе надо отдохнуть после трудного дела и набраться сил, – сказал Тизермит и посмотрел в окно. – Медики грозятся усилением волны, так что нам всем скоро придется выкладываться на все 100 процентов, и я хочу, чтоб к этому времени ты окончательно пришел в норму.

Все, можешь идти, я тебя больше не задерживаю.

– Да, сэр. Еще раз большое спасибо за все и до свидания, – проговорил я и направился к выходу.

– Сколько раз можно просить тебя не называть меня сэр! – грозно взревел мне вслед Лысый Дьявол. Он терпеть не мог аристократию вообще и свой титул в частности, а также пустые формальности и людей, которые без них жить не могут. А более всего шеф ненавидел, когда его так напыщенно называл кто-нибудь из тех, с кем он начинал работать в бюро.

От молодых сотрудников или чужаков он еще мог такое стерпеть, но не от меня или, скажем, Биллингема.

– Что я могу еще сказать? – произнес я и сделал небольшую паузу, с фальшивой улыбкой глядя на него, грозно нависшего над столом. Мне вспомнилось, как он смотрел на меня тогда в баре, и на лбу у меня тут же выступил холодный пот, а ноги стали ватными. Словно я снова стоял там и глядел на него. Сейчас он шутил, а тогда… Тогда мой начальник действительно был готов приказать уничтожить меня.

Безо всякой причины, основываясь на ничего не значащем подозрении. Раньше мне и в голову не приходило, что он – просто очередной иуда, не нашедший своевременно своего Христа.

С трудом взяв себя в руки, я тихо сказал:

– До свиданья, Найдж.

– До свидания, Бен, – сказал мне вслед Тизермит, довольно улыбнулся и занялся лежавшими на его столе бумагами.