Снова почувствуй

После этого я несколько минут просто пялилась в пустоту перед собой.

Не может быть, чтобы Исаак не слышал, что мне наговорила Аманда. Наконец со скептичным взглядом я повернулась к нему:

– Почему ты пошел со мной?

Он нахмурился:

– Что ты имеешь в виду?

– Почему ты сейчас сидишь здесь со мной, хотя прекрасно знаешь, что я сделала?

– То, что произошло внутри, – настоящий кошмар.

– Такая шлюха, как я, ведь другого и не заслуживает, – цинично откликнулась я.

– Сойер! – Исаак возмущенно взглянул на меня.

– А что? Ты же слышал Аманду.

– Мне плевать, что ты сделала, бить кого-то – это в принципе ненормально, – мрачно ответил он. Исаак все так же смотрел на меня через стекла этих дурацких ботанических очков, и я невольно задалась вопросом, не собирали ли они солнечные лучи, чтобы направить их на меня, так как мне вдруг стало так приятно тепло.

– Я не знала, – в какой-то момент донесся до меня собственный голос. Я опустила глаза на мыски своих ботинок, и волосы упали на лицо.

Так лучше. Казалось, хорошо иметь своеобразный занавес между мной и испытующим взглядом Исаака.

– Он ни разу не сказал ни про какую девушку, – продолжала я. – Иначе я бы не… В смысле, я бы никогда…

– Сойер, – остановил меня Исаак. – Я тебе верю.

Подняв глаза, я заправила волосы за уши.

Исаак внимательно изучал мое лицо. Затем его взгляд снова упал на пульсирующее место у меня на щеке, где наверняка все еще виднелся отпечаток ладони Аманды.

– Мы – не то, что они о нас говорят, Сойер.

Не позволяй себе поверить в это. – Он подбадривающе улыбнулся мне, и медленно, очень медленно болезненные вспышки на щеке начали утихать.

Глава 3

Ал окинул меня критичным взглядом и скрестил руки на груди. Он был огромным крепким парнем и выглядел так, будто одной рукой способен раздавить меня и сразу еще несколько человек, не моргнув и глазом.

Любого другого в этот момент он, возможно, напугал бы, но, проработав в стейк-хаусе «Вудсхилл» уже четыре месяца, я достаточно хорошо его знала, чтобы понять: под хмурым внешним видом скрывалась очень мягкая натура.

– Ну давай же, Ал. Соглашайся, – сказала я, заставляя себя изобразить на лице одну из редких улыбок. Так и знала, что сработает. Всегда срабатывало, когда я к этому прибегала.

– Ладно. Но если разгонишь моих клиентов, то вылетишь отсюда. – Он ткнул большим пальцем себе за плечо.

Теперь моя улыбка перестала быть наигранной.

– Ты лучший.