Снова почувствуй

– Ты не заставишь меня это надеть.

Я закатила глаза:

– Прекрати ломаться и просто надевай.

– Это же майка, Сойер. Ты меня хоть видела?

Прошла минута. За ней другая.

Я вздохнула. Тогда придется помочь ему насильно. Недолго думая я шагнула к раздевалке и отдернула занавеску.

– Эй! – воскликнул Исаак и обернулся.

У меня открылся рот.

Исаак уставился на меня. А я уставилась на Исаака.

Потому что Исаак не просто хорошо выглядел.

Исаак был горяч.

Узкие черные джинсы низко сидели на бедрах.

Его голая грудь оказалась гладкой и крепкой. На животе вырисовывались мышцы, четкие и стройные, и буквой V уходили под пояс штанов.

На несколько секунд у меня пропал дар речи.

– Мне… – в конце концов начала я, но голос меня подвел. Я пораженно покачала головой. – Черт, Исаак. Как это случилось?

Сделав шаг к нему, я дотронулась до его живота, как если бы хотела удостовериться, что мускулы не нарисованные.

Не нарисованные. Они дернулись от моего прикосновения.

Кожа Исаака оказалась бархатистой и теплой.

Он прочистил горло. Его тело будто окаменело, взгляд был прикован к моей ладони, и я могла поклясться, что он даже задержал дыхание.

– Я же тебе говорил, что вырос на ферме.

Я подняла камеру. Лишь после пары неудачных попыток мои пальцы нащупали кнопку.

– Невероятно, – пробормотала я. – Ты всегда надеваешь по двадцать слоев одежды, никто и не догадывается…

Уголки губ Исаака горько скривились, и я сделала еще одно фото.

– На мне ничего не надето, Сойер, – сказал он и вытянул руку, чтобы снова задернуть шторку.

Я резво прыгнула вперед в тесную кабинку.

Исаак уставился на меня.

– Ты что творишь? – прохрипел он.

– Просто подглядываю, – откликнулась я. – У моего проекта только что открылись новые возможности.

И вновь прошлась взглядом по торсу Исаака. Мне встречалось уже много накачанных тел, однако там мускулы появились по большей части в результате слишком частого поднятия тяжестей и протеиновых коктейлей и не были по-настоящему эстетичными.

Исаак же, наоборот, обладал ненавязчивой, аутентичной сексуальностью, которой я еще никогда не видела, – но которая мне на удивление понравилась.

А вот Исаак в этой ситуации, похоже, чувствовал себя абсолютно некомфортно. Он переминался с ноги на ногу, а на шее у него уже проступали алые пятна.

Я закатила глаза:

– Тебе надо срочно научиться принимать комплименты.

Он тяжело сглотнул.

– Это не очень-то легко.