Стрела любви

– Но выиграли вы, – процедил он сквозь зубы, – и то лишь благодаря прыжку.

Маргарет подумала, что были и другие причины, но не стала уточнять. Ей очень хотелось закончить этот тягостный разговор.

– Да, мне повезло. А теперь, надеюсь, вы меня извините. Мы уже опоздали к полуденной трапезе, а я еще должна успеть переодеться, иначе половина гостей лишится чувств из-за моего наряда.

Никто не улыбнулся.

– Вы разве забыли о нашем пари? – спросил Фин и потянул за повод коня.

Маргарет перехватила взгляд Йена и сразу поняла, что должна сказать.

– Пари? – переспросила она, словно не понимая, о чем речь. – А, вы имеете в виду шутку насчет коня? Забудьте. – Братья начали было возражать, однако Маргарет их проигнорировала. – Ведь если бы выиграли вы, то ни за что не отобрали бы у меня Даба, я в этом не сомневаюсь.

Они оба знали, что он именно так и поступил бы, но Маргарет подсказала ему выход: так он мог сохранить коня, которого не желал потерять. Утрата такого животного стала бы непоправимым ударом для воина, старающегося утвердиться.

Всем известно, что хороший конь стоил целое состояние.

Болезненно поморщившись, Фин поклонился, словно признавая справедливость ее слов.

– Прекрасно! – воскликнула она. – Тогда больше не будем об этом говорить.

Маргарет знала, что немного позже ей придется выдержать битву с отцом и братьями: они будут в ярости из-за ее отказа принять такое великолепное животное, – но ее жест окажется очень даже полезным – ведь враждебность Финлея, возможно, хотя бы немного утихнет.

И действительно, гнев Финлея слегка поутих, но негодование и обида остались и даже усилились.

Йен же казался совершенно спокойным. Она перехватила его взгляд, однако сразу отвернулась – вокруг было слишком много людей.

Все время, пока подруги мылись и переодевались к трапезе, Бригид была необычно молчалива, но погруженной в свои мысли Маргарет и так все было ясно.

Реакция гостей на скачки тревожила ее намного больше, чем ей хотелось бы.

Она никак не могла избавиться от мысли, что Йен оказался прав. Но что она могла поделать? Допустить войну между людьми Брюса и ее братьями в середине мирных переговоров?

Ох, здесь все было не так. Правила и условности, которых тут придерживались все без исключения, казались ужасно глупыми. Она старательно убеждала себя в том, что мнение этих людей для нее ничего не значило, но это было не так. Мнение Йена кое-что значило для нее.