Князь Рысев 4

Ты что ж, барин, не знашь, что делать? Да вели ей маску, что рожу закрыват напялить, да немой притворится – чего нам там, до разговоров, думаешь, будет?

– А если она не согласится?

– Ну так и в самый срам её тогда, барин! Я одного солдатика знаю – молодой, безрублёвый. Насыпешь ему целковых шапку, так он хоть в кабак, хоть чорту в пятак. Ну? Не алхимик, конечно, но всяко человек знающий.

Я кивнул ему в ответ, принимая справедливость доводов. Что ж, если Катька и в самом деле хочет мне помочь, то согласится.

Может не сразу, и придётся поуговаривать, но всё-таки…

В какой-то миг мне вдруг причудилось, что удача, хвост которой выскользнул из рук, вновь оказалась от меня в опасной близости.

А я ведь своего не упущу…

Глава 3

Пузатый бес смотрел на нашу компанию и давался диву. Наверно, на своём веку он уже успел повидать благородных офицеров, готовых спуститься-то, да в самые что ни на есть подземные глубины Петербурга, но столь разношёрстную компашку наблюдал впервые.

Майя была сама серьёзность и не находила себе места.

Волнение заставляло её в сотый раз проверить содержимое своей сумки.

Я хмыкнул, вспомнив, что было, когда она проверила мою – и первым делом спросила, здоров ли я? Она видела возможным взять с собой армейские галеты, может быть, печенье – но пирожные и яблоки вогнали её в ступор. Я же не терпящим возражений тоном заявил, что так надо – как будто бы, ударься я в объяснения, она смогла бы их принять и осознать! Ей пришлось лишь недовольно пожать плечами и обиженно солгать, что если что – она своими запасами со мной делится не станет.

Алиска была куда как равнодушней. Спокойство царило в её мятежной душе, давая возможность созерцать красоту утра. Беззаботно она смотрела на невесть откуда взявшуюся, да посреди осени бабочку, ритмично размахивая хвостом. Звериная натура звала её поймать порхающую негодницу, но она чудом держалась.

Явилась вместе со своим многострадальным пылающим клинком, даром дома Тармаевых.

Бес смотрел на неё пуще остальных – он не знал, что же конкретно его смущает? То ли девчонка-велес, к которой благородные относятся на равных, то ли её наряд горничной.

Я склонялся ко второму и тоже был удивлён. Значит, яблоки с пироженками в душе Майки пробуждают смятение, а вот то, что её личная телохранительница вырядилась так, будто собирается учинить в подземелье генеральную уборку – даёт ей повод считать, что всё хорошо?

Но спорить не стал.