Ночь лазурных сов

Как смертные умудрялись жить под этим непрекращающимся грозовым облаком, когда каждую секунду могло случиться что-то плохое? Как вообще можно спокойно существовать, если нельзя рассчитывать на то, что переживешь в следующий миг? Люди в спортивной столовой праздновали, как будто у них не было никаких других забот. Жизнь в часовом поясе 21, очевидно, была вечеринкой, на которую его не пригласили.

– Я вовсе не планировал оставаться там, – повторил свою ложь Данте. – Я просто хотел взглянуть, удачно ли она добралась.

– Хранительница времени наверняка поймет, что ты снова отправился к Лине, – сказала Коко. – Я имею в виду, если ты объяснишь это ей. Она снова успокоится. Она не отнесет тебя к числу смертных. Точно нет. Такое случается только с отступниками. Когда их ловят. А ты ведь не отступник. Ты ведь вернулся добровольно.

Данте вздрогнул от чувства вины. Он еще хорошо помнил тот момент, когда сам был принят в сообщество путешественников во времени и произнес клятву невидимок. А теперь? Мало того, что он пренебрег своими обязанностями, так еще и нарушил многие из своих обещаний.

Что, конечно, не ускользнуло и от Хранительницы времени.

– Лучше всего тебе пойти к ней прямо сейчас, – грустно сказала Коко.

7

Два мира

– Люди ненадежны, – сказала Хранительница времени с каменным выражением лица, – я тебя предупреждала.

Данте беспокойно заерзал на стуле. Хранительница времени не собиралась его жалеть. Он сидел в какой-то комнате для допросов в самом центре Купола.

На столе лежала голограммная книга Лины. Ее трехмерная миниатюра, светящаяся вместо надписи на книжной обложке, выглядела настолько реалистичной, что Данте едва мог отвести от нее взгляд. Хранительница времени открыла историю Лины. Перед его глазами пробегали кадры Йонаса и Лины, как они в час пик авантюрно лавировали на велосипеде.

Раньше его никогда не беспокоило, что путешественники во времени в «Агентстве ударов судьбы» могли видеть жизнь любого человека. Только отступники умудрялись передвигаться в тени.

Стеклянные голограммные книги, хранящие в себе судьбы людей между двумя стеклянными корешками и служившие основой для решения о том, какие дела будут рассматриваться «Агентством ударов судьбы», входили, сколько Данте себя помнил, в его повседневную жизнь. Теперь подлинность жизни этих образов почти сводила его с ума. Он проклинал магические способности невидимок, которые теперь беспощадно сталкивали его с жизнью, происходящей в мире людей.