Культ

Близилось неизбежное, и это не могло не пугать Артёма. Серёга тоже был взволнован, но не подавал виду, чтобы Артёму не было так страшно. Однако последнему почему-то казалось, что за слова своего сокамерника они будут отвечать вместе. Серёга – за слова, а Артём – за то, что не остановил.

– Классные котлы, – он вежливо указал на разбитые часы Артёма. – Странно, что они с тебя их не сняли, – подметил Серёга. – Не заметили, что ли. Разрешишь померять?

– Я, конечно, хоть и отвык уже от свободы, но даже я понимаю, что эти, – он подбросил часы вверх, – стоят денег.

Не жалко?

– Нет, забирай, – он лёгким движением снял часы с левой руки и протянул Серёге.

– Спасибо, друг, – крепко обнял его Серёга. – Не знаю, почему, но ты мне близок. По тебе видно, что ты не какой-нибудь там буржуй далёкий или идиот высокомерный – нет! Ты именно наш, Артём… – послышался щелчок, ещё пара таких поворотов и дверь будет открыта. – Ну, мне пора, а то засиделся тут с тобой, – сказал он, надев часы на пальцы правой руки.

 – И это… ты не подумай, я уважаю полицейских, а вот мусор принято жечь.

Скрипнула тяжёлая дверь, обнажив огромного, как космическая станция, полицейского в балаклаве и с дубинкой в руке. Он был так зол, что едва мог дышать. А его садистская улыбка при виде Серёги вышибала на лбу холодный пот.

– Иди сюда, приятель! – сказал он с фальшью так, словно хотел утопить в объятиях. – Погуляй! – приказал он кому-то за дверью, и этот человек удалился.

Не успел он переступить порог, как Серёга молниеносно отпружинил от пола и в полёте выбил бугая из равновесия точным ударом в челюсть.

Они оба упали. Артём испуганно забился в угол с ужасом наблюдая, как Серёга разбивает лицо лежащему полицейскому. Он бил с силой заводского пресса. Щелчки от ударов и хрустящие, как сухие ветки, кости эхом отходили от узких стен. Душный воздух наполнился стойким запахом железа и пота. Во все стороны, блестя в свете лампы, разлетались осколки стекла от наручных часов, а на грязные стены брызгала алая кровь.

Артём беспомощно схватился за голову. Страшная картина беспощадной жестокости застыла перед глазами. Тело стало тяжёлым и неповоротливым, внезапно и звуки притихли – реальность покидала Артёма. И лишь только её редкие фрагменты посещали его затуманенный ужасом разум: сначала избивает Серёга, потом его избивают двое других, потом он остался один. Только грязные стены, Артём и холодный блеск мелкого стекла в лужах высохшей крови.