Культ

А к вечеру, удивительно, уже почти человеком стала… если бы не этот галдёж".

– Да чего ты так завелась? Захотел и поставил, – потирая щёку, мутно ответил он.

– Да из-за тебя и твоих тупых выходок нас милиция три часа опрашивала!.. Господи, мы пока объяснили, что такое NFT… – она утомлённо заслонила лицо рукой.

– Нелегко тебе пришлось, – иронично ответил Артём, направившись к минибару.

– Я вообще-то с тобой разговариваю! Ты куда пошёл? – она поспешила вслед за ним.

– Ты купила новый холодильник? – достав бутылку с виски, удивился он.

– Нет, он просто чистый, – в смятении ответила она, теребя свои угольные волосы.

– Звучит, как реклама…

"Хм, а ведь это идеальный момент, чтобы сломать четвёртую стену, будь я в фильме. Хотя кого я обманываю? Моя жизнь слишком однообразна, скучна и неестественна для широкого зрителя – ни один режиссёр за неё не возьмётся!" – подумал Артём, держась за больную голову. Ему почему-то показалось, что происходящее вокруг обрело откровенно дурацкий и совершенно нелогичный характер и что весь мир вокруг – всего лишь плод чего-то больного воображения.

– Тем не менее ребята из клининга постарались на славу, респект им за это! – он опрокинул бутылку, наполняя свой и желудок жгучей водой с едва уловимым ароматом дуба.

– Завадский, ты совсем обнаглел!? – её светлые глаза молнией бегали по его битому, но довольному лицу.

– Сонечка, – скривившись от крепкого анальгетика, произнёс Артём, – а почему так официально? Даже в момент нашей первой встречи ты не позволяла себе таких формальностей, хотя-я… – задумался он, – до формальностей там так и не дошло: ты сразу перешла к делу.

– Ты просто невыносим! Мало того, что ты шлялся непонятно где, так ещё и шутки свои идиотские шутишь! Такое ощущение, что я с клоуном встречаюсь! – ядовито прошипела она, ткнув в него своим дорогим маникюром.

Артёма это задело.

– Послушай, дорогая, ты разграничивай, что ты несёшь. А, во-вторых, тебя не смущает, что я весь побитый вернулся?

– А мне плевать, с какой лестницы ты опять бухущий свалился, – Соня истерически кружила перед его лицом, словно в движении он понимал её лучше.

– Удивительно, что, дура, это запомнила.

– Всё! – махнув рукой прямо перед его носом, гневно отрезала она. – Больше слышать ничего не хочу! Поговорю с тобой завтра, когда протрезвеешь, – после этих слов она гордо повернулась и пошла в сторону двери.