Домашняя-2

– Твои родители не скоро ещё заявятся сюда, ? сказал Альберт и в очередной раз замахнулся розгами, ? они знают теперь, что ты хорошо живёшь со мной.

– Нет, не надо… ? проговорила Гюнай, захлёбываясь в собственных слезах. А её попа горела как никогда. Ей даже казалось, что сейчас она болит сильнее, чем в прошлый раз, когда он её бил.

– Будешь у меня шёлковой, ? сказал Альберт, и наконец-то, сместил удар в сторонку. Удар по новому месту был менее болезненным, и она заговорила умоляющим голосом:

– Прошу, отпусти, я буду послушной.

– Ты будешь лежать столько, сколько я тебе велю, ? жестоко предвещал Альберт. Он снова замахнулся и сильно её ударил.

– Нет, не заставляй лежать. Прошу… прошу…

– Сделаем две красивые полосочки на твоей попке, ? насмешливо сказал Альберт. Теперь он всё время бил её выше. Гюнай, вскрикивая, хныкала:

– Эхе… эхе… а-а-а…

Она плакалась, а когда очередной удар настигал её нежную кожу, ? кричала.

– Будешь лежать, когда я тебе велю. И выходить, когда я велю.

Он снова ударил её, заставив крикнуть:

– А-а-а…

– Поняла меня, деточка?

– Я обещаю слушаться. Пожалуйста, не бей, ? пискляво взмолилась Гюнай. Боль стала настолько сильной, что её было невозможно терпеть. Она уже знала, что её попа кровоточит, а он продолжает её бить. Удар за ударом, и каждый следующий его взмах кажется сильнее предыдущего. От ужаса и боли ей было тяжело дышать.

– Кажется, две полосочки уже имеются, ? насмешливо заключил Альберт, но сам замахнулся и ударил её ещё.

– А-а-а… пожалуйста.

– Но это ещё не всё, ? сказал Альберт, но сам повесил розги на место. Гюнай посмотрела на них, и её сердце замерло. Его пластиковые розги были в кровавых следах. И это была её кровь.

Альберт пригнулся и прошептал в её ушко:

– Теперь я буду бить тебя за любую провинность. За любую.

– Эхе… эхе… ? слезливо захныкала Гюнай. Он уже не бил, но её попа до сих пор болела, пощипывала двумя полосками.

Глава 5. Измена

Альберт посмотрел на её красную попу с ехидной улыбкой.

– Ты теперь хорошо наказана, ? насмешливо сказал Альберт. Гюнай ощутила сильное пощипывание. Он будто шкрябал её рану, и это заставило её вскрикнуть с новой силой:

– А-а-а…

Гюнай кричала, выпучив глаза и крепко сжимая кулачки. Она уже не пыталась вырываться.