Смерть. Чернеющий разум

Я боюсь, что она убежит, и поэтому не решаюсь развязать ей ноги и заставить идти. Так проще. К тому же, мне всё равно придётся тащить труп её отца, так что одним меньше, одним больше, попотеть всё равно придётся.

Наш подвал, по сути, погреб. Спуск – стремянка, но внизу достаточно просторно. Сэкономили денег на строительстве лестницы, вообще считали, что погреб нам не пригодится особо. Оставлять её там, мне кажется чудовищным, но прогноз показывает, что она не умрёт. Если оставить в доме, услышат её крики и события развиваются не в мою пользу.

Есть ещё один вариант нормального будущего: она остаётся в комнате, но я лишаю её слуха, путём проведения маленькой операции. Мои знания хирургии подсказывают мне, что я могу это сделать. Я предоставляю ей выбор:

– Мне придётся лишить тебя слуха либо ты будешь жить в подвале, – говорю я Регине. Склоняю телегу как раз в этот момент и она падает на пол. Ей немного больно, но это ничего страшного, я уже вхожу в роль небрежного похитителя. Не намерен беспокоиться о её комфорте, итак пришлось тащить её…

– Нет, пожалуйста, – молит она, но я уже на полпути к выходу.

Надо притащить тело её отца.

– Что, пожалуйста? – грубо кричу я, – выбирай, где хочешь жить, в моей комнате или погребе. Если в комнате, то мне придётся сделать операцию.

– Какую операцию? – в испуге спрашивает Регина.

– Чтобы лишить тебя голоса. Тебе она не понравится.

– Я не буду кричать, – обещает Регина.

– Будешь. И меня невозможно обмануть, я больше, чем человек.

Кажется, в своих последних словах я уверен, но Регина принимает меня за психа.

Не знаю, почему, но меня забавляет её мнение о моей психике. Для меня это некий комплимент. Оставляя её в страшных размышлениях, ухожу за телом её отца. Когда вываливаю его рядом с ней, она сразу же рвёт целлофановый пакет и долго рыдает над телом отца. Мне не очень её жаль, кажется, я становлюсь более черствым, но я не готов её убивать.

Погреб находится прямо под нами. Я открываю его, и Регина шарахается от меня.

– Ты будешь жить внизу, если не выбрала операцию, – говорю я сразу же.

– Пожалуйста, – просит она, но эти глупости меня не интересуют.

– У меня нет времени, сегодня ты в любом случае пойдёшь туда. А дальше решим.

Про выход с операцией говорю сразу, чтобы она подумала. Хотя вряд ли она будет рассматривать этот вариант, но кто знает, может, в надежде убежать… но это уже меня точно не волнует. Я знаю, что она не сможет убежать.

Я думаю, как её спустить.