Зашитая

Боль была резкая, жгучая и невероятно сильная. Надя истерично заорала во весь голос: – а-а-а…

– Уже пол дела сделано, – сказал Карим и схватился за её другую половую губу, тоже пробил насквозь.

– А-а-а… ты с ума сошёл! А…

– Наоборот, прозрел, – важно сказал Карим и сделал ей шестой завершающий прокол, как бы соединил её половые губы вместе.

– А… прекрати… а… – кричала Надя.

– Уже прекратил, – ухмыльнулся Карим, – сейчас, только узелок сделаю.

– Ты с ума сошёл… а-а-а… – продолжала Надя кричать.

Он уже больше не шил её, но её промежность всё равно дико болела. Карим сделал узелок, отрезал нить, а потом ладошкой похлопал по её промежности.

– Теперь точно не сможешь трахаться в подсобке, – язвительно сказал Карим.

– А-а-а… – протяжно кричала Надя, глядя ему в глаза. Он продолжал хлопать её зашитые половые губы, и они болели всё сильнее и сильнее.

– Сейчас развяжу, милая. И незачем так орать!

Карим ухмыльнулся и начал все принадлежности обратно складывать в контейнер для иголок и ниток.

Вскоре встал и направился к шкафу.

– Ты сказал, что развяжешь меня, – закричала Надя.

– Терпение, милая, терпение!

Карим не спешил. Сначала вернул контейнер на место, а потом с улыбкой зашагал к ней.

– Ты с ума сошёл, а-а-а… – снова закричала Надя. Она не могла успокоиться и до сих пребывала в шоке. Не могла поверить в то, что он с ней такое сделал.

Карим сначала развязал её ножки, а после приступил к рукам. Стоило ему освободить одну её руку, Надя истерично оттолкнула его от себя.

– Ты с ума сошёл, – снова закричала Надя. Карим резко схватил её за запястье и начал хлопать по щеке.

– Осторожнее, я тоже умею бить и толкаться, – пригрозил Карим.

– А-а-а… зачем ты это сделал? – с криком спросила Надя. Её промежность болела и пощипывала, и ей хотелось орать бесконечно. Карим смотрел на неё самодовольным взглядом, а Надя зажмурилась.

– Я ведь уже сказал тебе: чтобы не трахалась в подсобке с кем попало, – на полном серьёзе сказал Карим и начал развязывать вторую её руку, – ты всегда находишься там дольше положенного.

– А… ты это придумал. Совсем с ума сошёл от ревности, – закричала Надя. Карим её особо и не слушал. Развязал её руки и строго сказал:

– Сейчас наденешь трусики, обнимешь меня и уснешь как миленькая.

– А-а-а… – протяжно прокричала Надя в ответ. Карим взял в руки её трусики, а потом грубовато схватил её за щиколотку.

– Ты слышала меня?

– Ты больной, – завизжала Надя.