Берлинская ведьма

Но самое ужасное, породила эту тьму я.

– Сошёл с ума, Кэт? О да, я действительно сошёл с ума, и ты прекрасно знаешь почему. Запомни мои слова. Я уничтожу всех, кто тебе дорог, так, чтобы ты могла думать только обо мне. Ненависть или презрение поселятся в твоём сердце, неважно, но ты будешь думать только обо мне. Больше никогда твой взгляд не станет таким, как в тот вечер, больше никогда ты не будешь отталкивать меня с такими словами, больше ничья рука не коснётся твоей кожи. Ненавидь меня, Кэт. Презирай меня.

Но думай только обо мне.

– Грэй, прекрати, ты ничего этим не добьешься. База не простит покушений на своих агентов, ты навлечешь беду не только на свою голову, но и на всех остальных вампиров. Начнётся облава, Грей, и это не пустые угрозы.

– Мне плевать на твоё начальство, у них руки коротки причинить мне реальный вред. Запомни, Кэт, мне не нужны ни люди, ни вампиры. Думаешь, я буду о них беспокоиться? Думаешь, их ничтожные жизни что-то для меня значат? Я – граф, Кэт, а графом может стать не каждый вампир.

– Грей…

– Думай обо мне, Кэт. Думай только обо мне.

– Кэт? Кэт, ты меня слышишь?

– Что? – я подняла на учителя непонимающий взгляд, и смутилась. – Извини, задумалась.

– Над чем?

– Да так.

Мужчина недовольно дёрнул бровью и ушёл в соседнюю комнату. Учитель был одним из тех немногих людей базы, которым я доверяла и при ком могла вести себя свободно. Но в данном случае мне не хотелось делиться с ним своими проблемами. Он слеп, но обладает настолько тонким чутьём, что любому в пору завидовать.

Когда я только пришла в эту организацию, Слепой был одним из тех, кто поддержал меня и начал обучать, невзирая на мой скверный характер и привычку лезть не в своё дело. Он не отвернулся от меня, когда я попала в немилость к начальству. Если кого и стоило благодарить, за то, что я до сих пор жива, так это его. Слепой единственный человек в Европе, который знал мои прошлые приключения в США. Я хранила свои тайны, но до того момента, когда научилась блокировать разум, он успешно там порылся. Даже Сэм не знает, кем я когда-то была, учитель дал слово никому об этом не рассказывать.

– Держи, – мужчина протянул мне чашку с кофе и опустился в кресло напротив.

– Спасибо. Ты такой вежливый, что мне порой неудобно так тебя обременять.

– Глупости, у тебя выдалась нелёгкая ночь. Но если всех остальных я мог отправить спать, то тебе придётся потерпеть моё присутствие.