За гранью света

Тебя не смутила общность трансформации всех жителей миров? Мы все – потомки одного вида оборотней, не ограниченного единственной животной ипостасью. Но это было так давно, что все об этом забыли. Ты первая, кто не скован этими условностями. Твои родители были чистыми потомками первородцев и пожертвовали собой ради раскрытия и объединения. Я вижу, ты не понимаешь. Но ты ведь общаешься с мертвыми? Ощущаешь их?

Келми вышла из-за уступа скалы и села рядом. Я старалась не смотреть на нее, но рука дернулась в ее направлении.

Норг посмотрел на то место, где сидел призрак и улыбнулся:

– Кто там у тебя? Кого ты хочешь вернуть?

– Это моя любовь, моя сестра и душа, – проговорила я, сжимая руку Келми и глядя на нее. Она посмотрела на меня с нежной улыбкой. – Ее убили люди.

– Пройди по семнадцатой Тропе, найди выход с нее, и ты вернешь мир к его истокам, а нас к нашим возможностям. Больше никто не знает секрета, как раскрыть первородное в каждом из оборотней, твои родители унесли это с собой.

Только изначальный сможет вернуть всё как было.

– Избранная, о да! – усмехнулась я.

– Нет, – серьезно ответил Норг. – Избранность – бред. Ты – раскрытая первородная жертва.

– Что?! – у меня аж челюсть отвисла. – Какая еще жертва?

– Понимаешь, как твои отец и мать пожертвовали собой, чтоб открыть тебя, так теперь и ты должна будешь принести себя в жертву ради Единого Мира и жизни твоей любви. Но в отличие от родителей, твоя жертва не будет безболезненной. Ты обречёшь себя на вечные муки за границами мироздания, – Норг посмотрел на меня в упор.

 – Ты не сможешь вернуться. Никогда. От тебя останется только боль, и даже сотрется память о том, что ты когда-то существовала.

Я сидела замерев. Нет, я готова была на жертвы ради стаи, готова умереть сотни раз ради Келми и не собиралась отступать, но…

– Мне надо подумать, – сказала я, вставая. Келми сидела там же с не менее ошарашенным видом и молчала.

Отойдя к самому дальнему краю уступа, я свесила ноги вниз и уставилась вдаль.

В голове метались обрывки мыслей и образов, которые я никак не могла уловить, да и не пыталась. Нет, меня не пугали мучения или я плохо представляла, какими они будут. Скорее, меня мучил неожиданный поворот событий с этими внезапными открытиями и обращениями. Количество глупостей, совершенных за последнее время, тоже немного смущало, хотя благоразумием я никогда не отличалась. Келми подошла и села рядом, взяла меня за руку и крепко сжала.