Люби меня, я бегу от тебя

Вдруг он резко поднимает глаза, и я ныряю за стоящее справа от меня растение быстрее, чем успеваю это обдумать. Несколько опавших из-за моей спешки листьев попадают мне в рот и щекочут нос; я, отплевываясь, с ними сражаюсь.

Обожаю свою жизнь.

Тьяго смотрит на меня как на сумасшедшую, но я неуклюже приседаю и поднимаю горшок руками. Больше мне их не видно.

Черт, черт, черт.

Почему мое сердце так сильно бьется? У меня нет ни малейшего желания попадаться ему на глаза и отвечать на вопрос, как я сюда попала.

А он-то, он? Как он оказался в списке приглашенных?

Скорее всего, его содержит эта богатая стройная девушка.

Не то чтобы мне было до этого дело. Пускай делает что хочет. Я жестом даю Тьяго понять, чтобы он не смотрел на меня, и решаю добраться до аварийного выхода. Я обхватываю горшок обеими руками и медленно, все еще на корточках, отступаю назад. Каблуки усложняют эту задачу, и я ругаюсь себе под нос.

Надеюсь, никого не смущает, что огромное растение движется само по себе.

Вдруг я на что-то натыкаюсь. Я оборачиваюсь и…

– Привет.

…натыкаюсь на ослепительную улыбку.

Да вашу ж мать.

Позади меня, сунув руки в карманы идеального, сшитого по фигуре костюма, стоит Джейсон. Его рубашка и галстук одного цвета, и, твою же мать, он великолепен. Я вспоминаю его пресс, которого касалась пальцами, соски, которые ласкала языком…

«Дорогая, что с тобой не так?» – кричит мой внутренний голос.

Я ставлю горшок на землю и как можно грациознее поднимаюсь, пытаясь придумать отмазку поблаговиднее.

Прежде чем я успеваю сказать хоть что-то, к нам подходит Тьяго.

– Что на тебя нашло? – спрашивает он.

– Все знают, что Зои обожает ботанику, – улыбаясь, говорит Джейсон.

– Есть такое, – говорю я, вытирая ладони об его рубашку.

Он спускает мне это с рук и продолжает иронично ухмыляться. Тьяго делает ситуацию лишь более неловкой:

– Мы раньше не встречались? Твое лицо кажется знакомым.

– Ага, виделись вечером двадцать четвертого декабря.

Мы с ней переспали, – улыбается он, показывая на меня пальцем.

– А… да, теперь вспомнил.

– И это было ужасно, – добавляю я.

– По крайней мере, в этом мы согласны.

Тьяго поднимает брови, явно чувствуя себя неловко. Я пользуюсь случаем и спрашиваю у Джейсона, что он здесь делает. К сожалению, он отвечает мне тем же:

– Лучше ты мне ответь. Это ведь ты прячешься за растениями.

Мои щеки горят, но я лишаю его удовольствия от дальнейшего моего унижения.