Эмбрионы

 – Встаю и забираю у него книгу, пока он не заляпал её жирными от чипсов пальцами. – Особой помощи я не жду. Нужно самому справиться. Виктория, по крайней мере, не грузит ненужными установками. Она не худший вариант.

– Ну и ладно. – Серёга валится на мою постель. Под спиной у него громко шуршит пакет из-под чипсов. Он выворачивает руку, будто в ней не суставы, а шарниры, немного возится и наконец бросает пакет на пол. – Она рецепты легко выписывает или клянчить приходится?

Больные любят обмениваться схемами лечений, которые им назначили врачи, – словно хозяйки, которые передают друг другу рецепт любимого пирога.

Делятся тем, как взаимодействуют разные препараты. Сочетания разных таблеток они называют коктейлями.

Некоторые пациенты так привыкли к лекарствам, что могут глотать транквилизаторы горстями. Теряют меру и жуют их, что лошадь – сено. А потом сидят с плаксивыми глазами и выпрашивают у врача ещё один рецептик.

Была трудная неделя, объясняют они, близкие довели своими претензиями.

Но Виктория не из тех, кого так просто разжалобить.

Поэтому я стараюсь не злоупотреблять.

– Если нужно, могу потерпеть, – отвечаю я.

– Всё время терпеть тяжело, – философски замечает Серёга и вдруг резко веселеет: – Она ведь симпатичная, да? – Он так неумело подмигивает одним глазом, что на секунду кажется, будто у него случился инсульт.

– Отвали, – говорю я. – Не буду я для тебя просить рецепт.

– Да я просто так говорю. – Серёга закидывает ноги на кровать и толкает меня к краю. – Не напрягайся особо.

Я сползаю на пол. Такой он, этот Серёга. Наглый и безобидный, но иногда хочется дать ему затрещину. Когда переходит грань. Правда, толку от этого не будет. Он всё списывает на маниакальный синдром.

– Лежал я как-то в палате с одним чудиком, – говорит он, запрокинув руки за голову. – Так тот конкретно подсел на колёса. А в наркологию не хотел ложиться. Ему ещё восемнадцати не было. Он по вечерам плакал, клянчил у санитаров таблетку. Жалко его было.

Серёга провёл в психушке больше времени, чем я, и знает кучу историй.

Больше весёлых, но иногда попадаются грустные. Зависит от его настроения.

Мы часто сидим у меня комнате и вспоминаем разные случаи из жизни. До тех пор, пока Серёгу не накрывает депрессивный эпизод. Тогда он пропадает на несколько недель.

Звонить ему бесполезно. В такие периоды он никогда не отвечает.

А потом неожиданно стучит в дверь – и стоит на пороге как ни в чём не бывало. И так до следующего раза.