Заложники

Выбравшийся на причал Игорь не удержался, со смехом подхватил девушку под мышки и закружил в воздухе.

– Понравилось, малыш? – спросил он.

– Да! – только и выдохнула девушка, глядя на него лучащимися глазами.

Она так и молчала всё время, пока Спиркин заводил глиссер в эллинг и собирал вещи. Лишь улыбалась ему глазами. И уже на набережной, когда они вышли из клуба, спросила:

– Почему ты не участвуешь в гонках? Мне кажется, ты должен попробовать!

Спиркин вздохнул, покачал головой и слегка обнял её за плечи, заглянув в глаза:

– Послушай, ну какой из меня пилот? Да и прокатиться по закрытой акватории – это одно дело, а заявиться на гонки – совсем другое! Нужно заправлять и обслуживать глиссер, нужен механик.

Деньги нужны. Этот твой «тараканище» прав: лучше продать мою машину, пока она ещё кому-то может быть полезна. Какой-нибудь средней руки команде или спортивному клубу…

Монита отстранилась, отступила на шаг. Потом тихо сказала, глядя в сторону:

– Ну, я тогда пойду?

– Иди, – кивнул Игорь, – я отсюда на тебя посмотрю.

Хорошо?

– Ага…

Хрупкая фигурка Мониты удалялась вдоль набережной, и Игорь только сейчас обратил внимание, какая у неё необычная походка. Какая-то… не понять: порывистая, что ли? Впрочем, не так: «особенная» – вот правильное слово. У близких людей не бывает странностей, только милые особенные черты. Когда даже звук шагов отличается на слух от всех других. Он вдруг поймал себя на мысли, что не может оторвать от неё взгляда.

И что его ладони ещё хранят тепло прикосновения к девичьим плечам.

– Уймись уже, парень! – тихо сказал сам себе Игорь. – Уймись!

Монита как раз поднялась по широкой лестнице, уходящей с набережной к бульвару. Наверху обернулась, и Игорь ожидал, что она как всегда помашет рукой на прощанье. Но девушка ступила на бульвар и быстро скрылась из виду.

* * *

Вечером Спиркин набрал на видеофоне номер, по которому последний раз звонил больше года назад – ещё когда носил погоны и кортик Патруля и не был выслан на Надежду.

Соединение установилось, но видеоотзыва не было.

– Жан, это я.

После небольшой паузы экран мигнул и высветил худощавого шатена:

– Привет, Игорь.

Какое-то время они молчали, уставившись друг на друга, пока Спиркин первым не решился нарушить молчание:

– Ты как?

– Жив-здоров, как видишь, – пожал плечами собеседник. – Сам как?

– Тоже. Работаю, – Игорь рассмеялся, – на рыбоконсервном заводе.