Марш королей

По меньшей мере, Гарету нужно было действовать быстро. Воспользовавшись шансом, он вскочил на ноги и первым возложил вину на Тора. Оглядываясь назад, Гарет гордился собой, тем, как быстро он отреагировал. Это было неожиданное решение, но, на удивление, его замысел сработал. Они увели Тора, и пир продолжился. Разумеется, после случившегося настроение у всех уже было испорчено, но, по крайней мере, под подозрение попал именно мальчишка.

Гарет молился только о том, чтобы всё так и оставалось. После последнего покушения на МакГила прошли десятилетия, и Гарет опасался, что начнётся расследование, что произошедшее будут более внимательно изучать.

Оглядываясь назад, он понял, как глупо было пытаться отравить короля. Его отец был непобедим. Гарету следовал это знать. Он перестарался. И теперь он не мог избавиться от ощущения, что вскоре подозрение упадет на него. Гарет должен сделать все от него зависящее, чтобы доказать вину Тора и казнить его, прежде чем будет слишком поздно.

Во всяком случае, Гарет некоторым образом искупил свою вину – после того, как попытка убийства провалилась, он отбросил эту затею.

Теперь принц чувствовал облегчение. Наблюдая за тем, как провалился его замысел, он осознал, что в глубине души он все-таки не хотел убивать своего отца, не хотел пачкать руки кровью. Не быть ему королем. Этого никогда не случится. Но после событий этой ночи Гарет смирился с этим. По крайней мере, он будет свободен. Он никогда не смог бы пройти через это снова и справиться со всем этим стрессом: секретами, прикрытием, постоянным беспокойством из-за того, что его раскроют. Это было просто выше его сил.

На замок уже опускалась ночь, а Гарет ещё долго в беспокойстве расхаживал по своим покоям, пока наконец не пришёл в себя. Как только он успокоился и начал готовиться ко сну, послышался какой-то треск и, обернувшись, Гарет увидел, что его дверь была распахнута. В его покои ворвался Фирт – с безумным взглядом в своих широко раскрытых глазах. Казалось, кто-то гонится за ним.

«Он мертв! – крикнул Фирт. – Он мертв. Я убил его. Он умер!»

У Фирта была истерика, он рыдал. Гарет понятия не имел, о чем говорит его любовник. Он пьян?

Фирт пробежал по всей комнате, вопя, плача, поднимая вверх руки – и только сейчас Гарет заметил его залитые кровью ладони, его желтый жакет, окрашенный в красный цвет.

Сердце Гарета екнуло. Фирт только что кого-то убил. Но кого?

«Кто мертв? – потребовал ответа Гарет.