Мечта смертных

И нанести ответный удар.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Торгрин чувствовал, как камнем падает на дно океана, как уши закладывает от давления в толще воды, и как холод впивается в кожу миллионом острых игл. Но когда он погрузился глубже, произошло нечто очень странное: вокруг вдруг стало светлее. Пока его, беспомощного, море болтало из стороны в сторону и придавливало своим весом ко дну, он посмотрел вниз и в облаке света под собой увидел то, что меньше всего ожидал – лицо своей матери.

Свет был настолько ярким, что её едва можно было разглядеть.

Она улыбалась ему и протягивала к нему любящие руки, а он падал всё ниже и ниже, прямо к ней в объятья.

"Сын мой, – сказала она, и её голос под водой прозвучал кристально чисто, – я здесь, с тобой. Я люблю тебя. Твоё время ещё не пришло. Будь сильным. Ты выдержал испытание, но их ещё много будет впереди. Без страха смотри на мир и помни, кто ты есть. Не забывай, что твоя сила не в оружии, она – внутри тебя".

Торгрин открыл рот, чтобы ответить ей, но, как только он это сделал, туда налилась вода и он начал захлёбываться и тонуть.

Тор резко очнулся и огляделся, пытаясь понять, где находится. Он почувствовал что-то шершавое у себя на запястьях и сообразил, что его руки были связаны за спиной, а сам он был привязан к деревянному столбу. Он обвёл взглядом тёмный трюм, ощутил покачивание пола, и сразу понял, что он на корабле. Движение комнаты, свет, проникавший сквозь щели в досках, сырой плесневый запах – всё говорило о том, что он заперт под палубой.

Торгрин немедленно насторожился. Он чувствовал сильную слабость и плохо помнил, что с ним произошло. Последней картинкой у него в голове стоял суровый шторм, в котором их корабль потерпел крушение, а его с товарищами выбросило за борт. Ещё он вспомнил Эйнджел, и как он изо всех сил прижимал её к себе, и что на поясе у него в это время был меч – Меч Мёртвых. Как же ему удалось выжить?

Тор озирался по сторонам и никак не мог взять в толк, как он очутился на корабле. Он отчаянно искал взглядом своих братьев и Эйнджел.

Он вздохнул с облегчением, когда смог различить в темноте их силуэты. Все они были привязаны к столбам рядом с ним: Рис и Селезия, Элден и Индра, Матус и О'Коннор, а в нескольких футах от них – Эйнджел. Тор был счастлив видеть их живыми, пусть и измученными после шторма и заточения.

Сверху до него доносился раскатистый хохот, какая-то перебранка и пьяные выкрики. На палубе кто-т дрался, и каждое падение гулким грохотом отдавалось в трюме.