Ночь храбрых

Везувиус сжимал все сильнее и сильнее, медленно, не торопясь, получая большое удовольствие от причинения боли. Краб закричал, издавая ужасное высокое шипение, когда Везувиус медленно сжал его в кулак.

Наконец, краб взорвался. Комки фиолетовой крови пролились на его руку, когда Везувиус услышал удовлетворительный треск панциря. Он бросил краба, раздавив его до кашицы.

Везувиус поднялся на одно колено, все еще пошатываясь, и в эту минуту десятки крабов разбежались прочь, очевидно, потрясенные тем, что мертвец восстал.

Началась цепная реакция и, когда он поднялся, тысячи крабов разбежались, оставляя пляж пустым, в то время как Везувиус делал свои первые шаги на пляже. Он прошел через кладбище и к нему постепенно вернулась память.

Битва Кноссос. Он одерживал победу, собираясь уничтожить Лорну и Мерка, когда прилетели те драконы. Он вспомнил, как упал с острова, как потерял свою армию, вспомнил, как вспыхнул пламенем его флот, и, наконец, вспомнил, как сам чуть не утонул. Он повернулся и снова посмотрел на залив, место своего поражения, и вдали увидел, что остров Кноссос все еще полыхает огнем.

Везувиус увидел плавающие остатки своего флота, разбитого на куски, некоторые, частично разрушенные, корабли все еще были объяты пламенем. И в следующий миг он услышал крик высоко над головой. Он посмотрел вверх и моргнул.

Везувиус не мог осознать того, что видел перед собой. Этого не может быть. Драконы падали с неба в залив, не шевелясь.

Они были мертвы.

Высоко над головой он увидел одинокого человека, оседлавшего одного дракона, сражающегося с ними с мечом в руке.

В конце концов, оставшаяся часть стаи развернулась и улетела прочь.

Везувиус снова посмотрел на воду и на горизонте увидел десятки кораблей под флагами Затерянных Островов, стал свидетелем того, как человек упал с последнего дракона и вернулся на корабль. Он заметил девушку, Лорну, и наемного убийцу Мерка, и ему было мучительно осознавать, что они выжили.

Везувиус оглянулся на берег и, окинув взглядом свой мертвый народ троллей, пожираемый крабами или уносимый течением и пожираемый акулами, он никогда еще не чувствовал себя таким одиноким.

Он с потрясением осознал, что он – единственный выживший из армии, которую он привел с собой.

Везувиус повернулся и посмотрел на север, на материк Эскалона, зная, что где-то там, далеко на севере, Пламени больше нет. Прямо сейчас его люди покидают Марду, совершают набег на Эскалон – миллионы троллей, мигрирующих на юг.