Одержимая

Только сейчас она поняла, что на нём кто-то висел, и этот кто-то бился в агонии каждый раз, как великан подносил к нему жезл.

Сердце сжалось от боли, когда Скарлет поняла, что этот кто-то был Сейдж.

Каждой клеткой тела она ощутила прилив злобы. Тот, кого она любила, был распят на кресте. Его голова измождённо свесилась к груди, а волосы блестели от пота. Кровь стекала по телу Сейджа, образуя лужу у ног. Скарлет хотела его окликнуть, но не сделала этого, понимая, что должна вести себя тихо, чтобы оставаться незамеченной ревущей толпой.

От мысли, что Сейджа мучали у всех на глазах, сделав из него козла отпущения, Скарлет становилось физически плохо.

Со страхом она смотрела, как стоящий на возвышенности человек в длинной алой мантии взмахнул жезлом, украшенным на конце крестом, и ударил им о пол. Каменные плиты громко завибрировали, и этот гул эхом разошёлся по сводчатому залу.

«Ты готов уступить? – вскричал великан. – Ты готов отказаться от девчонки?»

Этот человек был инициатором пытки над Сейджем, и Скарлет заключила, что он был лидером Бессмертных.

Она вспомнила, как Сейдж рассказывал ей о человеке, управляющем их народом. Его звали Октал, и, исходя из рассказов Сейджа, он был жестоким тираном.

«Отвечай же!» – вскричал Октал.

Толпа громко и презрительно загудела.

С высоты потолка ответ Сейджа не было слышно, но Скарлет поняла, что что бы он ни ответил, Октал хотел услышать от него другое, потому что он нагнулся и прижал железный жезл к груди Сейджа. Сейдж издал душераздирающий крик.

Больше выносить это Скарлет просто не могла. Соскользнув с балки, на которой сидела, она закричала что есть мочи:

«ХВАТИТ!»

Летя вниз, она увидела, как Бессмертные как один резко подняли головы вверх. На секунду она замешкала, и крылья вдруг сковало страхом. Она начала быстро падать на разъярённую толпу внизу.

Ещё с высоты ей стали слышны крики Сейджа. Он выкрикивал её имя. Это были мольбы влюблённого мужчины, чьё сердце вырвали из груди. Это был полный боли крик человека, для которого смерть любимой была намного страшнее, чем боль от собственных мучений.

Скарлет отчаянно била крыльями, но от этого было мало толку. Страх лишил её сил. Она всё приближалась к разъярённой толпе, понимая, что как только окажется достаточно близко от людей, они разорвут её на части, ведь её смерть была ключом к их жизни. Чем ниже она опускалась, тем отчётливее слышались их крики.

Скарлет падала вниз, но время словно остановилось.