Ритуал мечей

Слова бывшей Королевы завладели его мыслями, продолжали преследовать его, несмотря на то, что Тор предпочитал забыть о них. Ее откровение причинило ему такую боль, о существовании которой он и представить не мог. Андроникус его отец?

Это невозможно. Часть Тора надеялась на то, что это всего лишь очередная жестокая игра разума бывшей Королевы, которая, в конце концов, ненавидела его с самого начала. Возможно, она хотела посеять в его голове ложные мысли, которые стали бы ему докучать, держать его подальше от ее дочери – по какой бы то ни было причине.

Тор отчаянно хотел в это верить.

Но в глубине души, когда Королева произнесла эти слова, они звучали в голове и душе Тора. Он знал, что это правда. Как бы ему ни хотелось думать по-другому, но в ту же секунду, когда Королева сделала это признание, Тор знал, что Андроникус на самом деле приходится ему отцом.

Эта мысль висела над Тором подобно кошмару. Где-то в глубине души он всегда надеялся и молился о том, чтобы Король МакГил оказался его отцом, а Гвен каким-то образом не была его родной дочерью, и они смогли бы быть вместе.

Тор всегда надеялся на то, что в тот день, когда он узнает, кто его настоящий отец, все в этом мире встанет на свои места, что его судьба станет более ясной.

Узнать, что его отец не был героем, – это одно. Тор смирился бы с этим. Но узнать, что его отец был монстром, худшим из всех монстров, человеком, чьей смерти Тор желал больше всего, – все это было сложно осмыслить. В нем текла кровь Андроникуса. Что это означает для Тора? Означает ли это то, что ему тоже суждено стать монстром? Означает ли это то, что в его жилах скрывается некое зло? Суждено ли ему стать таким, как отец? Или, может быть, Тор сможет отличаться от него, несмотря на их общую кровь? Передается ли судьба по крови? Или каждое поколение создает свою собственную судьбу?

Кроме того, Тор пытался понять, что все это означает для Меча Судьбы.

Если легенда верна – что только МакГил сможет поднять его – означает ли это то, что Тор является МакГилом? Если так, как тогда Андроникус может быть его отцом? Или каким-то образом Андроникус тоже из МакГилов?

А что хуже всего, как Тор может поделиться этой новостью с Гвендолин? Как он может рассказать ей, что он – сын ее самого ненавистного врага, человека, который напал на нее? Конечно же, она возненавидит Тора.

Она будет видеть лицо Андроникуса каждый раз, когда будет смотреть на его лицо. Тем не менее, Тор должен рассказать ей, он не может хранить этот секрет от нее.