Бумажные девочки

Вместо этого он сделал глубокий вдох, переложил Мойру в левую руку, протянул правую и произнес:

– Я сожалею. Давайте начнем сначала.

Секунду казалось, что Клэр просто пройдет мимо. Но он кивнул и сжал руку Кетта в своей огромной сухой ладони, сделав это дважды, словно наливал себе пиво в баре.

– Извиняться следует мне, – сказал он и как-то весь съежился. – Вы застали меня не в самый лучший момент. Пресс-конференция об исчезнувших девочках…

– Я могу как-то помочь? – спросил Кетт.

– Не сейчас. Но вам лучше поехать со мной; встреча будет проходить в доме Мэлоунов.

Я знаю, кто вы такой, старший инспектор Кетт, мне известны ваши знаменитые расследования. Может быть, вы и сможете нам помочь…

Роберт отступил в сторону, пропуская Клэра.

– А моя дочь? – спросил он вслед уходившему мужчине.

Не поворачивая головы, Клэр крикнул через плечо:

– Вы можете взять ее с собой, если обещаете, что она не станет шуметь.

Глава 4

За все восемнадцать месяцев и четыре дня своей жизни Мойра Кетт ни разу не производила столько шума, сколько сейчас.

Она вопила так, что почти все, кто собрались на улице, смотрели на нее.

– Ну, давай, – уговаривал Кетт. – Пожалуйста, ты уже устала…

Он посмотрел на собравшихся. Почти все, около тридцати человек, являлись репортерами и занимали почти всю ширину улицы; некоторые прислонились к своим фургонам, другие продолжали фотографировать Кетта на телефоны и камеры. Он хотел показать им средний палец, но сумел удержаться. К тому же трудно сделать такой жест, когда твои руки пытаются удержать извивающееся тело.

– Нет! – прокричала Мойра свое любимое слово. – Нет! Туфли!

Так она говорила, когда хотела ходить, что и продемонстрировала, лягнув Кетта в лицо, пока тот пытался уложить девочку в коляску.

– Проклятье, – пробормотал он.

– Вот, попробуйте это, – сказал кто-то у него за спиной, и неожиданно перед ним появилась девушка-констебль в форме, держа в руке старомодный полицейский свисток.

Выпустив из него пару трелей, она протянула свисток Мойре, и та сразу успокоилась.

В больших глазах застыло удивление; она начала исследовать незнакомую блестящую игрушку. Пока девочка отвлеклась, Кетт пристегнул ремень.

– Боже, благодарю вас, – проговорил он, поворачиваясь к констеблю. Немногим больше двадцати, под форменной шляпой скрываются угольно-черные волосы эльфа, блеск в глазах делает ее еще моложе. Едва ли она давно работает в полиции – никто так не выглядит после года службы.