Льдинка. Во власти босса

Раздевайся, – рявкает мой босс, и я ошарашенно смотрю на него.

13

– Что значит раздевайся? – бормочу я. – Вот так, прямо здесь?!

– О боже! – закатывает глаза Вербицкий. – Да, представь себе: прямо здесь и сейчас. Не прикидывайся дурой! И не заставляй меня пожалеть о том, что я взял тебя на работу! Ты что, будешь мерять одежду прямо на свою эту юбку с блузкой? – рычит он на меня.

И бросает в сторону, процедив сквозь зубы:

– Да уж, пожалел убогую…

Это он обо мне?!

Волна обиды, ярости и ненависти накатывает на меня пылающим пламенем лавы.

Я готова вцепиться в него когтями. Рвать его на куски, запрыгнуть на его колени и… И…

И я вспоминаю условия контракта. И деньги, которые на кону.

А ещё я вспоминаю, что мне всего девятнадцать лет. И даже не двадцать пять, как той самой фотомодели Лалли Брик, или тридцать, как знаменитой актрисе Синичкиной!

И тут я понимаю, кого же так напомнила та девушка, с которой я столкнулась в кабинете: это и была Светлана Синичкина!

Значит, таблоиды не врут?! И у них роман?

И вместо того, чтобы сейчас трахать всех своих фотомоделей, актрис и других шлюх, как он их сам называет, Вербицкий собственной персоной сидит здесь, в примерочной, чтобы приодеть свою секретаршу?

Ну что же, он получит то, что хочет, решаю я про себя.

Представляю, что я сейчас на море, пришла только на пляж, и жаркое солнце уже греет мои волосы, которые золотыми нитями переливаются на солнце…

Я прикрываю глаза, и начинаю медленно расстёгивать свою блузку.

Я слышу вдалеке крик детей, шёпот ласковых волн, я наконец-то сейчас сниму с себя всю эту тяжёлую ненавистную одежду, и войду в прохладную солёную воду…

Блузка с тихим шорохом летит на пол, к моим ногам, и я скидываю свои кроссовки, переступая через них.

Даже не обращаю внимания на своего босса, как будто я здесь совсем одна, в купальнике: я расстёгиваю юбку, и она скользит вдоль моих ног, растекаясь чёрной лакричной лужицей подо мной.

Остаюсь в одном простом белом хлопковом бюстгалтере и таких же простых трусиках-шортиках.

Ничего экстраординарного и кружевного. Как-то не до этого было. Кроме простых самых дешёвых чёрных чулок на резинке.

Оставшись в одном белье, поднимаю наконец-то глаза на Вербицкого. Смотрю, не отводя взгляда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.