Эхо и империи

А потом бросил его на пол и, ни секунды не колеблясь, раздавил каблуком ботинка с металлическим носком. Я в ужасе смотрела, как осколки разлетелись во все стороны.

– Мы закончили с выходками? – спросил он. Когда ответом ему стал лишь полный ненависти взгляд, он продолжил: – План следующий: в городе у меня есть старый знакомый, которого с магией связывает долгая и весьма мерзкая история. Я верю, что он может помочь с нашей общей проблемой. И вот что я предлагаю: мы встречаемся с ним. Он нам помогает. Я радую своего босса, доставив ей то, за чем она меня послала.

– Заруби себе на носу, – прорычала я. – Во мне нет никакой магии. Я бы почувствовала ее. Так что тебе пора оставить меня в покое. Понял?

– И почему никогда не бывает просто? – пробормотал он. Затем сунул руку под пальто и достал пузырек. – Ладно. Вот альтернативный план: я вырублю тебя при помощи Пыли, притащу к своему знакомому, и мы разберемся с проблемой, пока ты будешь без сознания.

Взгляд замер на пузырьке с розовой Пылью, и меня накрыло новой волной паники.

Отрывок речи королевы эхом звучал в голове, пробирая до костей.

Магия губительна и неудержима. И всякий в моей империи, кто владеет этим злом, передает его или как бы то ни было заражен им, заплатит за это жизнью. Без исключений.

Вор шагнул ко мне.

– Тронешь меня – и ты труп, – прорычала я.

Он склонил голову набок.

– А ты дерзкая. Безбашенная, но определенно дерзкая. А теперь давай покончим с этим.

Возможно, он думал, что я снова попытаюсь сбежать, но я не стала. Когда он оказался на расстоянии вытянутой руки, я бросилась. Налетела с кулаками, руками и ногами. Ногтями я сумела расцарапать его щеку до крови.

Пузырек упал на пол и разбился, розовая пудра рассыпалась, и вор выругался. Я буду бороться, пока не очнется Селина. Пока кто-то не пройдет мимо магазина и, увидев происходящее в окна, не позовет на помощь.

Я снова бросилась на него. Он не боролся в ответ, не пытался меня ударить. Но сумел увернуться от моего удара, и я потеряла равновесие. Пошатнулась, споткнувшись о собственные ноги. Я рухнула на пол с такой силой, что клацнули зубы.

И вдруг все перед моими глазами исчезло.

Пропал магазин, растворяясь в золотом дыме. А потом вокруг запылало пламя. Языки пламени высотой до потолка. Ушей коснулась какофония криков и плача.