Тройная радость

Легкие черные локоны обрамляли лицо, и сердце Коннора раскрылось так быстро, так окончательно, что он ощутил физическую боль и мгновенно пробудившуюся к жизни родственную связь при виде этого крошечного существа, которое помог создать. Цвет волос у нее от Кингов, но форма глаз – совсем как у Елены. Как у Дайны.

Малышка перестала плакать и мгновенно расплылась в кокетливой улыбке, которая вцепилась ему в сердце с такой же силой, с какой ее пальчики цеплялись за футболку Дайны.

Та молча отдала ему девочку и отвернулась, чтобы взять мальчишек.

Они прижались к ее плечам.

– Им нужно поменять памперсы, и, поскольку они уже пообедали, пора купаться. Потом сказка на ночь и спать, а мне просыпаться от бесконечных криков.

Она откинула голову и взглянула на него.

– Готовы к этому?

Сейди стала шлепать ручонками по его щекам, но тут же с тихим вздохом уронила голову на его плечо. Кон сделает для нее все. И она это знала.

– Готов.

Дайне пришлось сдаться.

Она не ожидала, что Коннор может разбираться в уходе за детьми.

Прежде всего, он был мужчиной, а по ее опыту единственное, что умели мужчины, – немедленно отдать ребенка ближайшей женщине. Кроме того, разве богатые люди не нанимают нянь, чтобы самим не разбираться в уходе за детьми?

Но он удивил ее. Снова. Первым большим сюрпризом дня было его появление в доме. Он пришел без звонка. Раздраженный и рычащий. Но все же ухитрявшийся выглядеть потрясающе. Несмотря на неприятную первую встречу, гнев с обеих сторон и все еще тлеющее недоверие, Дайна почувствовала безошибочный укол желания.

О, это не слишком хорошая идея. Но какая женщина не почувствовала бы этого? Высокий, широкоплечий, узкобедрый и длинноногий Коннор Кинг был тем человеком, который привлекал внимание так же легко, как дышал. Его черные волосы были немного длинноваты и свисали над воротником белой рубашки. Густые пряди падали на лоб. Глаза – льдисто-голубые, а рот, казалось, навеки застыл в мрачной гримасе, которая лишь иногда трансформировалась в полуулыбку, которая должна бы стать ободряющей, но не стала.

Она понимала, что он имеет право сердиться.

Но у него не было права злиться на нее! Она узнала о нем всего пару недель назад. Да, ей следовало бы связаться с ним напрямую, а не через адвокатов, но она не ожидала, что ему есть дело до детей. Он фактически был лишь донором спермы.

Хотя сестра так и не сказала Дайне, кто отец детей, все же объяснила, что он стал донором, а потом исчез из их жизни.