Жених только на словах

Широкие плечи, узкие бедра и высокий рост – причем настолько высокий, что даже Келли со своими пятью футами восемью дюймами чувствовала себя рядом с ним миниатюрной. Мика Хантер – один из тех мужчин, которым достаточно просто войти в комнату, чтобы привлечь всеобщее внимание, независимо от того, хочет он этого или нет. Келли казалось, что каждая женщина, знакомая с Микой, втайне мечтает о нем. Даже, похоже, Салли Хартсфилд.

– Симпатичный, – наконец подтвердила Келли, заметив, что Салли уставилась на нее в ожидании.

Пожилая женщина вздохнула и уперла руки в бока.

– Келли Флинн, что с тобой не так? Твоего Шона нет уже четыре года. Если бы мне было столько же лет, сколько тебе…

Келли окаменела, услышав имя своего покойного мужа. Салли, должно быть, заметила ее реакцию, потому что тут же прекратила свою речь, улыбнулась и, хвала небесам, сменила тему.

– Я тут слышала, что ты будешь показывать Полк-плейс паре из Калифорнии.

Впечатленная и немного раздосадованная, Келли уставилась на пожилую даму.

Честно говоря, она договорилась об этой встрече только вчера.

– Откуда вы знаете?

– О, у меня свои каналы.

Келли всегда подозревала, что у ее престарелых соседок есть целая армия шпионов по всему Баннеру, и только что укрепилась в своих подозрениях.

– Что ж, вы правы, Салли, так что я лучше пойду подготовлюсь. Надо принять душ и переодеться.

– Конечно, дорогая, поспешите. – Она снова посмотрела на окно, но Мики не было видно, и Келли заметила разочарование на лице старушки.

Келли смотрела, как Салли переходит улицу.

Ее яркие розовые кроссовки практически сверкали на фоне опавших листьев, устилавших землю. Старые дубы, росшие по краям дороги, вытянули свои корявые ветви навстречу друг другу, создав над дорогой арку из золотисто-красных листьев.

Все дома были разные, от небольших коттеджей до величественного особняка в викторианском стиле, где выросла Келли. Всем было по меньшей мере сто лет, но здания были в хорошем состоянии, а газоны опрятны и ухожены. Люди часто останавливались в Баннере.

Они рождались здесь, росли, женились, жили и умирали.

Такое постоянство всегда нравилось Келли. Она жила в городе с восьми лет, ее родители погибли в автокатастрофе. Она переехала в Баннер вместе с бабушкой и дедушкой и стала центром их мира. Сейчас дедушка уже умер, а бабушка уехала во Флориду, оставив большой викторианский особняк Келли. Жить одной в огромном доме было глупо, и Келли сдавала его. Сама она жила в коттедже смотрителя.