Американский хищник

Белла можно было считать обладателем всех необходимых достоинств для работы в группе Долл. Четко и логически мыслящий, он обладал обаянием, на которое в равной степени «покупались» члены бандитских группировок, драгдилеры, наркоманы, сутенеры, насильники и даже убийцы. То есть все, кто вносил свой вклад в репутацию Анкориджа как криминальной столицы Аляски.

Как в полиции, так и в бюро Белл был известен под прозвищем Метросексуал. Причем это едва ли был комплимент. Он был привлекательным мужчиной со смуглым лицом, который следил за своим весом, всегда превосходно одевался и стригся коротко на военный манер.

Коллегам Белл нравился своей прямотой и дружелюбием, столь распространенными на его родном Среднем Западе. Он оказался на Аляске, последовав за возлюбленной, местной уроженкой. На Аляске они и поженились. Уже давно Белл стал, как многие другие, считать себя не просто американцем, а аляскинцем. Вся остальная страна превратилась для него во «внешний мир». Анкоридж Белл знал не хуже Пэйна.

Почти каждый перекресток в городе был связан у него в памяти с грабежом, арестом или трупом.

Но даже Белла видео привело в некоторое замешательство. Да, Саманта поднимала руки вверх. Да, нападавший выглядел как мужчина, но что же там на самом деле произошло? Слишком темное изображение, чтобы увидеть это. Почему их разговор занял столько времени? Белл подсчитал, что мужчина стоял перед киоском по меньшей мере семь минут, а внутри – чуть дольше десяти. Всего семнадцать минут.

«О чем, черт возьми, они разговаривали?» – размышлял Белл.

Эти семнадцать минут привели их группу к первой рабочей версии. Они считали, что Саманта не была жертвой. Они не собирались делиться этой теорией с прессой и вообще не намеревались предавать исчезновение Саманты гласности. Однако через два дня их вынудил пойти на это почти обезумевший от горя отец Саманты.

Глава 2

В пятницу после обеда Джеймс Кениг стоял рядом с кофейней на Коммон-граундс. К тому времени его дочь отсутствовала почти сорок восемь часов.

Он находился в шоке, знакомом только родителям, – абсолютная неспособность поверить, что твоего ребенка вдруг непонятно почему нигде не могут найти. Как такое вообще возможно?

Джеймс, плотно сбитый голубоглазый мужчина, был известен большинству горожан как Сонни. Он водил грузовик и хорошо знал теневую сторону жизни Анкориджа: бары, стрип-клубы, группировки байкеров. Ходили слухи, что он участвовал в торговле наркотиками.