Сказки голубой розы

Когда он ускакал галопом, его внешность изменилась: с него слетела одежда стеклодува; вместо синей шапки на голове появилась корона из росы, и он был одет в лепестки подснежников; вместо шарфа на нем была радуга, которая развевалась на ветру; его пони превратился в белого коня с серебряными крыльями; в руке он держал большую палочку из цветка миндаля, а на запястье у него сидел скворец. И когда он скакал галопом через лес, копыта его коня оставляли за собой след из мерцающих анемонов. Так он скакал до тех пор, пока не исчез в глубине леса, и Радуга осталась одна с сыном.

После того как она долго плакала, она вытерла глаза и сразу же начала искать Голубоглаза. Она бродила по лесу с Синевой, пока они не пришли к пещере отшельника. Отшельник жил там круглый год, и его единственными спутниками были птицы и звери леса, и Радуга подумала, что если бы она заговорила с ним, то, возможно, услышала бы голос или увидела взгляд Голубоглаза. Но когда она заговорила с отшельником, то увидела, что он забыл, что такое люди.

Он дал Радуге и Синеве немного хлеба и молока, как будто они были птицами. Затем он открыл свою большую книгу и начал читать, и больше не замечал их присутствия.

Шли месяцы, и Радуга искала повсюду. Она искала все лето, и хотя она встретила много добрых лиц, и видела много счастливых улыбок, и слышала много молодых голосов, нигде она не встретила никого, кто хотя бы отдаленно напоминал ей Голубоглаза.

Когда наступила зима, они отправились в город, и Синева, который вырос в большого мальчика, стал учеником стеклодува, и они с Радугой жили вместе в маленькой комнате в доме стеклодува.

У стеклодува была хорошенькая дочь по имени Джоан, и у нее был ручной черный дрозд, которого она держала в плетеной клетке. Всю зиму город был покрыт снегом, и было ужасно холодно. Наконец снег растаял; и наступил март с его неистовым ветром и холодными ливнями с мокрым снегом и дождем.

Но однажды дождь прекратился, в голубом небе засияло солнце, и Джоан закричала:

– Сегодня первый весенний день! – Она выбежала на улицу со своей птичьей клеткой и повесила ее на стену снаружи дома, и хотя нигде еще не было зеленых листьев, черный дрозд понял, что пришла весна, и начал петь.

Пока Джоан смотрела на черного дрозда, Радуга наблюдала за ней из своего окна и думала про себя, – конечно, сейчас я услышу голос Голубоглаза или увижу его взгляд!

Она была на грани того, чтобы крикнуть: Голубоглаз, Голубоглаз, вернись ко мне.