Необычайные приключения Арсена Люпена (сборник)

Сделайте одолжение, воспользуйтесь им, мы постараемся…

Комиссар лукаво улыбнулся:

– Мысль недурна, даже так недурна, что ее уже в настоящее время исполнили.

– Как так?!

– Да двое из моих агентов отправились на велосипедах… уже несколько минут назад.

– Но куда?

– К выходу из туннеля; там они нападут на следы, по которым будут преследовать Арсена Люпена.

Я невольно пожал плечами:

– Ваши два агента не нападут ни на его след, ни на доказательства.

– Вы думаете?

– Арсен Люпен, наверное, устроился так, что никто не заметил, как он вышел из туннеля.

Он мог дойти до первой дороги, а оттуда…

– А оттуда в Руан, где мы его схватим.

– Он не пойдет в Руан.

– Значит, он останется в окрестностях, где мы еще вернее…

– Он и здесь не останется.

– Ого! Так где же он скроется?

Из кармана я вынул часы.

– В настоящую минуту Арсен Люпен бродит вокруг станции Дарнеталь. Без десяти одиннадцать, то есть через двадцать минут, он сядет в поезд, идущий из Руана в Амьен.

– Вы так предполагаете? Откуда вы все это знаете?

– О, очень просто! Сидя в купе, Арсен Люпен справлялся по моему путеводителю. С каким намерением?! Разве был на том месте, где он исчез, другой путь, другая станция или какой-нибудь поезд, останавливающийся на этой станции? Я сам только что справился в путеводителе и получил верные сведения.

– Надо отдать вам справедливость, вы все великолепно разъяснили, – сказал комиссар, – и как компетентно!

Увлеченный своими выводами, я сделал ошибку, высказав столько ловкости.

Комиссар с удивлением смотрел на меня, и мне показалось, что у него возникли подозрения, – самые ничтожные, потому что фотографии, разосланные прокурорским надзором, были слишком мало похожи на оригинал: они представляли совсем иного Арсена Люпена, чем тот, который стоял теперь перед комиссаром; ему было невозможно узнать меня. Но все-таки он был смущен и беспокоен.

Водворилось минутное молчание.

Какая-то двусмысленность, какое-то сомнение заставили нас молчать. Я невольно вздрогнул. Неужели счастье изменило мне? Я принудил себя засмеяться:

– Господи, да разве вам непонятно мое желание вернуть свой бумажник? И мне кажется, если вы захотите дать мне двух агентов, мы вместе могли бы…

– О, прошу вас, – взмолилась мадам Рено, – послушайте господина Берла!

Вмешательство моей милой спутницы решило дело в мою пользу.