Повелитель света

Повелитель света

Морис Ренар

Фантастика и фэнтези. Большие книги

Морис Ренар (1875–1939) – французский писатель-фантаст и мастер детективного романа.

Следуя вольтеровскому принципу «все жанры хороши, кроме скучного», Ренар не делил литературу на «высокую» и «низкую»: его произведения нарушают привычную логику развития сюжета и сочетают в себе развлекательность и интеллектуальность. Не случайно Ренар пользовался популярностью не только у читателей, но и у литературных критиков, а в XXI веке был назван «гениальным предшественником современной научной фантастики» («Словарь детективной литературы» под редакцией Клода Меспледа, 2003).

Его творчество оказало заметное влияние на последующее развитие жанровой литературы и во многом предвосхитило сюжеты знаменитых фантастических произведений Золотого века.

В настоящее издание вошли романы «Доктор Лерн, полубог» (1908),

«Синяя угроза» (1912), «Повелитель света» (1933), а также новеллы «Оперная певица», «Слава Комаккьо», «Господин де Трупье, дворянин-физик» и «Шум в горах».

Морис Ренар

Повелитель света

Maurice Renard

LE MA?TRE DE LA LUMI?RE

© Л. С. Самуйлов, перевод, 2023

© Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2023

Издательство Азбука

Доктор Лерн, полубог

Посвящение

Господину Г. Дж. Уэллсу.

Прошу Вас, сэр, принять эту книгу.

Удовольствие посвятить ее Вам является далеко не последним в ряду тех, которые я испытал, сочиняя ее.

Я задумал ее, вдохновляясь идеями, которые дороги и Вам, и я от всей души желал бы, чтобы она была ближе к Вашим произведениям по духу, не по своему значению и достоинствам, на что с моей стороны было бы смешно претендовать, но хотя бы по качеству, которым характеризуются все Ваши книги и которое дает возможность самым чистым и пытливым умам насладиться Вашим гением, – а приобщиться к нему были бы рады самые способные люди нашего времени.

Но когда Судьба, к добру или худу, случайно натолкнула меня в аллегорической форме на этот сюжет, я не счел себя вправе отказаться от него лишь из-за того, что точное изложение его требовало известной смелости выражений, которые можно было бы обойти, только сократив повествование, что я счел бы преступлением против моего литературного дерзновения.

Теперь Вы знаете – впрочем, Вы и сами об этом бы догадались, – какого бы я желал отношения к моему произведению, если кто-нибудь окажет ему непредвиденную честь поразмыслить над ним.