Альба и иные земли

Он как будто спорил с внутренним голосом.

– Нет, – снова буркнул он и глотнул еще рома. Но потом успокоился и снова взглянул на Альбу: – Нет…

Третье «нет» прозвучало почти с надеждой. Как будто он надеялся, что не так расслышал.

– Альба?

– Да. А что?

– А родовое имя у тебя какое? – И Горм трясущейся рукой поднес чашку к губам.

– Ты имеешь в виду фамилию? Ванадис, – смущенно ответила Альба. – Это мамина фамилия.

Горм выплюнул брусничный ром, вскочил и, что-то бормоча, забегал по комнате.

– Суртово[2 - Сурт – в скандинавской мифологии огненный великан, владыка огненного царства Муспельхейма.

] логово! Горм, придурок, во что ты ввязался!.. Ик! А троллиха… знает? Конечно, знает! Иначе зачем она тут поселилась? Зачем ей зазывать сюда девчонку?

Тут он перестал разговаривать сам с собой и обратился к Альбе:

– Что тебе известно? Ты знаешь, откуда ты родом?

Альбе стало не по себе.

– Я, пожалуй, пойду, – сказала она, отступая к двери.

– Подожди, – остановил ее гном и вылез за ней из своего закутка.

Ждать Альбе совсем не хотелось. Похоже, Горм спятил. Неудивительно, учитывая, сколько брусничного рома он выпил.

– Я больше не буду делать твою работу, клянусь.

Она начала подниматься по лестнице, но Горм схватил ее за руку своими пухлыми пальчиками. И он был сильнее, чем могло показаться.

– Ты должна пойти со мной.

Альба не могла вырваться и, спотыкаясь, вышла за ним из сарая. Идя через сад, Горм смотрел по сторонам круглыми, как блюдца, глазами и взволнованно бормотал:

– Я так и знал! Старая карга что-то замышляет.

Суртово пламя, Горм, тут ты попал не на шутку!

– Куда мы идем?

Он не ответил и почему-то повел ее к погребу. Открыл дверь и спустился по крутым ступенькам.

– Сири говорила, что сюда нельзя! Тут опасно, – запротестовала Альба. Она не понимала, что происходит.

– Ясное дело, она так сказала, – ответил Горм, бурно жестикулируя. – И наверняка она угощала тебя и поила всяким, чтоб ты стала сговорчивее.

Альба неуверенно сделала два шага вниз, в темный влажный погреб, но затем остановилась.

Горм зажег керосиновую лампу, стало светлее.

– Я должен тебе кое-что показать.

В прошлый раз тут было слишком темно, и Альба ничего не успела рассмотреть. Теперь она увидела, что стены сплошь покрыты березовыми корнями. Казалось, что сеть, в которую они сплелись, вот-вот лопнет прямо у Альбы над головой и ее завалит землей. В погребе было совершенно пусто – ни банки с вареньем, ни старой бутылки вина.