Дорога в Эривайн

У него на руках дремал котёнок, его дыхание мирно посвистывало в тишине, созданной предложением Нейта.

– Каким образом? – спросил Вельд.

– Я смог повлиять на Ингрид, значит смогу повлиять на кого угодно. Лилиан сказала, что нам помогут подвиги, жертвы и добрые дела.

– Не думаю, что это хорошая идея, нужно дождаться Лилиан, – ответил Вельд.

– А я считаю, что нам нужно действовать, – сказала Ингрид. – Мэри, что думаешь ты?

Мэри была встревожена.

– Я… Я не знаю. Какое непривычное ощущение… – ответила она.

 – Я не вижу последствий этого решения.

– Ничего удивительного. Нельзя полагаться только на твою силу, – сказал Роман, входя в кабинет. – Я поддерживаю Натаниэля. Мы не будем ждать.

Мэри с опаской изучала решимость на лице Романа. Минуту назад он вышел из кабинета с недовольным и усталым видом, а теперь казался достаточно спокойным, чтобы обсуждать план действий. Она силилась прочитать грядущие события, но, сколько бы она ни пыталась, она не смогла заглянуть в будущее.

– Есть конкретное предложение, – продолжил Роман. – Мы всё время пытались влиять на судьбу одного человека, чтобы всё было спокойно и предсказуемо. Сейчас нужны решительные действия. Я читал о том, что люди организуют благотворительные фонды, которые помогают нуждающимся. Мы можем пойти на такое мероприятие, и малыш Натаниэль повлияет на богачей, чтобы они отдали больше денег, организаторы смогут спасти больше жизней – это добрый поступок.

Натаниэль кивнул, готовый применить свою силу, чтобы сделать что-то на самом деле важное.

Ингрид немного подумала и согласилась. Вельд очень хотел действовать, но он был за то, чтобы подождать Лилиан. Мэри сомневалась, она открыла рот, чтобы возразить, и её сознание пронзило видение, настолько мощное, что она села на пол, схватившись за голову. Мэри увидела Романа, его руки и ноги были прикованы цепями к стене, а в тело втыкались десятки искривлённых, коротких лезвий, они причиняли ему немыслимую боль, а в это время куары вгрызались ему в ноги. На какое-то мгновение она ощутила, что вот-вот поменяется с ним местами, и её тело содрогнулось в ожидании страданий. Следом она уже видела со стороны себя в таком же положении, ощущала боль, а рядом стоял мужчина с длинными черными волосами и ухмылялся. На нем была черная мантия, а лицо выражало запредельную жестокость.

Но это была лишь мимолётная вспышка, следующей картинкой был тёплый солнечный свет, который мягко обволакивал её лицо.