Дубль Деменция. Человек И Закон

Свет от него не отражался, и ничего чернее я не видел. Ощущал эту штуку, как продолжение своей руки, и попытался взять контроль – пошевелить. «Поразительно!» Оно меня слушалось, будто часть моего тела, потому выпрямил клешню так, что она была похожа на кол. От происходящего шли мурашки, и я подскочил с кровати и направился к столу. Свой взор устремил на кружку. Остриё кола я приставил к ручке, чуть протянул вперёд, собрался с мыслями. Кончик изогнулся и обхватил ручку. Моему восторгу не было предела. Но на этом не останавливался.

Чуть сгибая руку, изогнул клешню так, что кружка дотронулась до моих губ. Я встал как вкопанный. «Охренеть, и правда не сон! Но как?! Почему именно я? Что это вообще за чертовщина?»

Мои мысли перебили шаги по ту сторону двери. «Наверно, мама!» Я аккуратно поставил кружку всё той же конечностью и попытался «всосать» её обратно в руку, что у меня успешно вышло, но не без боли. Рана, как и в прошлый раз, затянулась на глазах, оставив шрам и засохшую кровь на ладони. Постучали в дверь.

– Сынок, я могу войти?

– Да, мам! – на автомате сказал я.

– Доброе утро, мой дорогой.

– Доброе утро, мам, – я подошел к ней, чтобы обнять.

Маме хоть и было около сорока лет, выглядела она моложе. На самом деле она не была мне родной, как и отец. Здоровье не позволяло им иметь детей, потому они меня усыновили, по их словам, когда мне было года два. Так что детдомовскую жизнь я не помню вовсе. Да и воспоминания у меня начинаются с лет так десяти. Она не была трудоустроена, но и на месте сидеть не могла, поэтому делала ногти.

Сначала подругам, а потом, благодаря сарафанному радио, пошли первые клиенты. Заработок не сравним с доходом отца, но хоть на месте не сидит.

Она была мне больше подругой, чем мамой. Всегда давала советы, мало что запрещала, лишь говорила, мол: «Сынок, я бы тебе не советовала начинать курить, потому что потом затянет и здоровье ухудшится». И приводила примеры. Тем не менее я закурил. В армии иначе никак. Мама была среднего женского роста, светлая и стройная, потому что частенько ходила в спортзал с подругами.

Моё решение пойти в военное училище восприняла она не очень тепло. Чего не сказать об отце – он был счастлив. Такой же патриот, как и я. А вот мама за счёт своей прогрессивности мыслила оппозиционно. «Насмотрятся чуши в интернете…»

– Что случилось? Почему у тебя рука в крови?

Я замешкался, но оправдание придумал мигом:

– Кровь из носа пошла. Давление… Перепил вчера, наверно.