Дубль Деменция. Любовь И Ненависть

”

– “Каким образом?”

– “Дэва распространяет саркс по поверхности, словно капилляры, и останавливает движение своих молекул, тем самым забирая энергию воды, отчего её частицы постепенно останавливаются. Как итог – замерзание. Таким же образом и в обратную сторону с нагреванием,” – Лонгиний переваривал полученную информацию, моделируя в своей голове сие явление. – “Так что при следующей встрече будь с ней осторожен.”

– “А в чём особенность остальных Самоцветов?” – наш герой настойчиво захотел знать врага в лицо.

– “Зверь манипулирует живыми существами. Но как мне известно, людьми он управлять не может, либо его воздействие на них слишком слабо. Нарака способен как ускорить старение живых клеток, приводя их к отмиранию, так и восстановить их до идеальных кондиций. Прета – мастер маскировки. Она единственный представитель паразитов, который может менять окрас своего саркса, посредством дисперсии, преломляя отражаемый от неё свет в нужном цветовом спектре. Помимо этого, может отделять саркс от себя, создавая для остальных паразитов оружие с минералом.

”

– “А Человек?” – логично спросил парень.

– “А Человек – лох. Нет у него никаких фишек. Базовые способности инсерпента, и всё. Ни минерала, ни регенерации, ни телекинеза – ничего,” – Король был уверен в сказанном, однако. – “Есть у нас предположение, что всё-таки он скрывает ото всех свои истинные силы. Но это лишь предположение…” – Лонгиний плюхнулся после услышанного в сено, которое находилось в пустом загоне, вспоминая простодушного Человека – дурачка и предмет стёба для шайки Самоцветов.

– А что за руны красуются над грудью у паразитов, когда они принимают форму? – спросил он. – У тебя какой-то треугольник…

– “Руны обозначают нашу принадлежность, описывают имя,” – немногословно и нехотя пояснил паразит.

Заметив это, наш герой, пожелав всем спокойной ночи, прикрыл глаза, надеясь побыстрее проснуться утром или днём, чтобы ознакомиться с бытом фермы.

Но утром ему никто не открыл. Как и днём.

Лонгиний от безделья додумался покормить лошадей, понимая, что те не ели со вчерашнего дня. Ферма жила насыщенной жизнью – слышен был мат, разговоры и приказы Пилара. “Может, старый попросту обо мне забыл?” – думал парень. Король тем временем искренне смеялся и издевался над ним, мол: “Такой ты жизни хотел, мальчик мой?”. Не выдержав, наш герой допрыгнул до того самого отверстия в стене под крышей, которая находилась на высоте четырёх, если не пяти, метров.