Дело дамы с леопардами

Гробовщик с огорчением выпустил галстук из рук.

– Все пропадает, вот честное слово, пропадает, – пробормотал он, заглядывая в глаза сыну.

– Я же сказал тебе: нет.

Отец ласково заморгал. Его выцветшие зенки сочились старческими слезами, под ними набрякли мешки, улыбка была бессмысленной.

– Вот чего я дождался от сына, – промолвил гробовщик совсем как в былые времена, и сложил руки на животе. – Правильно. Правильно. И с Иовом так же было. Иов был праведником, Господь решил испытать его, как испытывает меня сейчас.

– Что тебе дались эти покойники? – как мог, мягко, произнес его сын. – Тебе девятый десяток. Почему ты никак не успокоишься?

– Я понял, – покивал отец. – Я успокоюсь. Я брошу все, уйду за стены города и буду сидеть в выгребной яме. Я буду ждать Господа. Как Иов.

– Не знаю, чем тебе и помочь, – бывший коммерсант пожал плечами. – Где я возьму для тебя городские стены? Но если ты так хочешь, чего для папаши не сделаешь, сам построю. Выгребных ям у нас хватает. Ты сможешь, как Иов, сидеть в навозе и скоблить свои струпья черепком.

– Аллилуйя.

– Да, вот что. Я хотел поговорить с тобой об Эмми.

– А? – удивился отец. – Что?

– Она уезжает со мной.

Джейк произнес это небрежно, ожидая бури.

– Пусть уезжает, – отец с кряхтением вытянул ноги и прислонил рядом упавшую палку. – Пусть едет, куда хочет. Но выслушай меня. Я тебе говорю о моем предприятии.

Он сделал сыну знак нагнуться так, чтобы их лица оказались как можно ближе.

– Оно должно сохраниться.

Великие белые парни хоронили друг друга в этой стране, когда их убивали индейцы. А что было хорошо для них, хорошо и для меня.

– Ты что, папаша, окосел? – ахнул Джейк. – Какие великие белые парни?

– Я не окосел, – сказал отец безо всякой обиды и радостно захихикал.

– Какие великие белые парни! – заорал Саммерс. – Что ты несешь, старый?

– Франклин, Джефферсон и прочие разные великие люди, – серьезно сказал гробовщик.

Он поднимался, тяжело опираясь на свою палку.

– Я хочу, чтобы ты остался здесь.

Чтобы ты высоко нес знамя скорбного дела нашего, потому что без него ко времени тысячелетнего царствования Его в Вермонте не останется ни одного порядочного похоронного заведения.

Старик медленно выживал из ума.

* * *

Разговор с миссис Маллоу кончился визитом к оптику. Дюк боролся до последнего. Он проявлял ловкость, изворотливость и прямо-таки головокружительную дипломатию.

Результатом стал заказ новых золотых очков.