Мальчик который. Часть 1

Ав задачу Ии входил полный контроль здоровья, психического и эмоционального состояния астронавта.

– Заткнись, ты! – кричал астронавт-испытатель, когда робот посоветовал тому принять успокаивающую ампулу. – Не указывай, что мне делать, чёртова железка!

Один на один на протяжении двух лет в открытом космосе астронавту в компании Ии с голосом какого-то знаменитого в то время актёра пришлось нелегко. Астронавт был раздражён, Ии вернулся на Землю с помятыми боками и ободранной облицовкой.

Женский голос же, напротив, заставлял астронавтов испытывать слишком частое возбуждение, вследствие чего, не «выпустив пар наружу», как говорится, они показывали раздражение и понижение показателей работоспособности.

Астронавты впадали в депрессию и возвращались на Землю с нарушением полового поведения или проводили долгие месяцы на реабилитации у психотерапевтов.

– Понимаете, этот голос, он сводил меня с ума. Как будто жена зовёт. Особенно когда вылезаешьиз капсулы, ну, для сна которая, голова ещё толком не варит, а тут Ии ласково мурлычет: «Доброе утро, капитан» – и всё, хочешь не хочешь, а крышу сносит.

Сразу перед глазами жена в кухонном передничке на голое тело, сразу желание, разгорающееся внизу живота огнём, сразу в голове «щёлк» – и ты ни о чём, кроме как о том, чтобы присунуть кому-нибудь, думать больше не можешь. А, – мужчина показал кулаком неприличный жест, – сами понимаете, не то. Вот и сидишь пять лет в открытом космосе в компании робота и собственной руки.

Создатели Ии стояли за односторонним зеркалом и записывали исповеди астронавтов в свои портативные записники.

Именно поэтому Ии в конечном счётеобрёл голос, приближенный к детскому, лишённый какого-либо пола. Голос был ровным, успокаивающим, чутким.

– Включи FrankSinatra – Feeling good, – скомандовал Луи.

– Да, капитан.

По кораблю разлилась приятная приглушённая музыка. Она мягко обволакивала, текла, словно из всех невидимых щелей корабля.

– Ии, подай вино.

– Да, капитан.

Через минуту робот въехал в залу с бокалом вина на маленьком белом подносе, который прятался и высовывался при необходимости из бока Ии.

– Допустимая норма алкоголя – десятьграмм в месяц, – сказал Ии.

Луи знал, что вино разбавлено водой. Пусть даже всё на корабле и было максимально автоматизированным, да и запрограммированный на чрезвычайный случай Ии всегда был под боком, но капитан обязан быть в трезвом уме и рассудке.