Миротворец

Дядя Пит тоже старался нам помочь, хотя старость его с каждым днём всё больше давала о себе знать.

Алекс рос очень подвижным и любознательным ребёнком, вдвоём с Эмми мы бы с ним не справились. В пять месяце Алекс ползал быстрее, чем его няня за ним успевала ходить. Он везде совал свой нос, за ним нужен был глаз да глаз. Иногда одной пары глаз не хватало, чтобы уследить за ним. Мы отдыхали только тогда, когда он спал. Несмотря на то, что он не давал покоя никому, его все любили, его нельзя было не любить. Когда его ругали, он мило улыбался, чем всегда обезоруживал нас.

Он не засыпал, пока ему что ни будь не почитают, если то, что читали, ему не нравилось, то он начинал капризничать. Так мы смогли определить его вкусы и пристрастия. Когда в девять месяцев он начал ходить, нам пришлось за ним бегать. Если мы упускали его из вида, то искать его иногда приходилось очень долго. Круг его интересов был поистине безграничен, он мог затеряться в кустах или саду, и играть с жуками и червяками. Когда я находил его, то старался тихо и незаметно для него подкрасться и наблюдать за его действиями. Что бы он ни делал, с кем бы ни играл, я никогда не наблюдал в его действиях даже намёка на агрессию. Этот маленький человек не переставал меня удивлять. В десять месяцев, он уже довольно сносно мог объяснить, что он хочет от нас. В год – ему перестали нравиться сказки. Эмми всё время приходилось перебирать книги в нашей, довольно большой, домашней библиотеке. Ему больше стали нравиться книги по истории, географии… А однажды Эмми показала мне книгу которую читала ему на кануне, это была книга об истории древних цивилизаций…

В два года он уже хорошо разговаривал.

Однажды, когда я в очередной раз читал ему книгу, он подошёл ко мне, и ткнул своим пальчиком в книгу.

– Папа, а как ты это делаешь?

– Что, сынок?

– Ну, как ты читаешь, что там написано?

Я рассмеялся, и ответил:

– Алекс, чтобы научиться читать, надо знать буквы. Затем надо научиться соединять их в слова.

– А ты можешь и меня научить читать?

Он смотрел на меня взглядом, который никак не вязался с внешностью ребёнка.

Лишь детская, непосредственная улыбка возвращала меня к мысли, что передо мной стоит маленький мальчик. Я согласился с ним, думая, что он забудет об этом на следующий день. Но он не забыл. С каждым днём он всё настойчивее просил меня научить его читать. Мне пришлось купить ему кубики с буквами, и попросить няню разучить с ним буквы. Через неделю он выучил все буквы.