Моя чужая война

Поняв, что он ждет ее одобрения, она слегка кивает, и Блэк стиснув зубы, продолжает.

Как только он начинает вытаскивать пулю, он жалеет, что вообще начал все это. Измученное лицо девушки и ее полные слез глаза совсем не придают ему сил. Свободной рукой он снова пьёт глоток спирта и старается быстрее вытащить пулю. Выпитый алкоголь не помогает ему успокоиться, но, по крайней мере, руки у него перестают дрожать. Трезво оценивая ситуацию, он понимает, что в любом случае должен докончить операцию.

Бросив взгляд на лицо Мэриэнн, он с удивлением отмечает, что она хоть и плачет, но не кричит.

Это наводит его на мысль, что женщины, как бы их не называли слабым полом, намного выносливей и терпеливей мужчин. Сама же Мэриэнн крепко стиснув полотенце во рту, старается изо всех сил отвлечься от скальпеля, пытающегося вынуть пулю из ее запястья.

Не зная, чем себя отвлечь она начинает всматриваться в лицо своего горе-целителя. К своему удивлению она обнаруживает на нем гримасу боли. Глаза мужчины горят решительностью, но в тоже время нельзя не заметить их страдание и боль.

Увидев это, она невольно думает о том, что он страдает, будто сам ранен и это в нем копаются скальпелем.

Неожиданно боль притупляет все остальное и Мэриэнн вскрикивает. Но кляп, заглушив крик, превращает его в протяжное мычание. Даймонд со всей злостью выбрасывает пулю и снова делает глоток спирта. Теперь даже это не помогает и он минуту сидит весь, содрогаясь словно в судорогах.

Все его силы уходят на то, чтобы утихомирить бушующий в груди ураган.

Мучения Смит слишком сильное для него испытание. Он отчаянно хочет прижать ее к себе, взять на себя ее боль, хоть как-то облегчить ее страдания. Но, увы, он не может. Он не смеет выдавать себя.

Успокоив свое тяжелое дыхание, он снова берется за дело и начинает заново обрабатывать рану. За работой он с удивлением отмечает, что, несмотря на холод пещеры руки у девушки теплые. А кожа на них такая мягкая, что ему не верится, что она опытный воин, который все четыре сезона в году проводит на поле битвы.

Обработав рану, он поднимает на нее глаза:

–Ты точно не выпьешь? – спрашивает он снова.

Хотя она ранее она говорила, что не пьет и от крепкого напитка смешанного болевым шоком может потерять сознание. Конечно, он не хочет, чтобы она отключилась, но и желания причинять ей боль, у него нет.

В ответ она отрицательно качает головой и он, тяжело вздохнув, начинает зашивать рану.