Порядок Хаоса

Кто-то осторожно подошел к дверям и глупо сказал:

– Кто это?

Боль в ноге становилась просто невыносимой, и, зажав челюсть, я сквозь зубы процедил:

– Джордан, это я, Исса.

Высокий, худой чернокожий юноша с паническим выражением лица открыл дверь.

9. Друг

– Исса, какого хрена? В каком ты виде? Быстро заходи. Какого черта ты оставляешь велосипед на улице, ты что, сошел с ума?

Пока Джордан невнятно «кричал шепотом», как будто нас могли услышать, он затащил меня домой, помог мне лечь на диван, перенес велосипед в дом и запер дверь, потом он подошел и вопросительно посмотрел на меня.

– Джордан, они мне выстрелили в левую ногу, там сильное жжение, стреляли довольно близко, но я думаю, из-за дождя пуля потеряла скорость и поэтому не прошла навылет.

– Ты думаешь, мне интересны эти чертовы уроки о сопротивлении из школьной физики? Ты даже не предупредил меня, что уезжаешь из города. Я уже два дня не могу тебя найти ни на одной точке внутри контролируемого участка.

– Был экстренный случай.

– Экстренный случай у него был… – ворчал Джордан, доставая аптечку и открывая раскладушку под ярким светом большой диодной лампы, висевшей посередине комнаты.

Аккуратно разложив инструменты на столе и постелив целлофан на раскладушку, он, продолжая что-то бормотать, помог мне на нее лечь. Он посмотрел на рану, достал светящееся синим светом устройство с монитором и с удобной ручкой, размером устройство было с небольшую энциклопедию.

– Портативный рентген, классную штуку мы сделали, правда? – сказал я, делая глубокий вздох.

– Пуля прошла через бедро и застряла у тебя в заднице, – проигнорировал мой вопрос Джордан. – Кости, а главное артерия, не были задеты, нормально так, жить, к сожалению, будешь.

– Придется тебе сделать еще одну дырку в заду, пуля очень близка к поверхности. Ты в прямом смысле этого слова нашел приключения на свою задницу, – продолжал Джордан, слегка улыбаясь.

– Ладно, давай достань и заштопай меня как надо, мне завтра надо явиться на работу. Ну тут у нас, походу, по больничному не любят отпускать…

Пока Джордан сделал мне местную анестезию и провел небольшую операцию, я рассказал ему все, что со мной произошло за прошедшие три дня.

– Охренеть, значит, они просто бросают их умирать на этом поле, – сокрушался Джордан, закрепляя последние швы на моих ранах.