Новеллы горной тайги

Причудливые невесомые фигуры испарений кое-где поднимаются над кочками и кривыми деревцами.

Эльф шепотом заметил:

– Неравномерно, однако: где-то туман поднимается, а где-то – нет.

– Болотное творчество.

– Со вспышкой надо!.. Тогда туманные мимолетные скульптуры получатся на снимках эффектно.

«Ишь, знаток…» – подумал Пилот и достал камеру. Выставил покадровый режим и сделал несколько быстрых серий.

Среди темных облаков появился неровный бок луны. Ее ленивый свет неспешно опустился на болото. Дневные цвета осени – желтый, красный, бежевый сменились лиловыми и темно-карминными цветами лунной ночи.

Не изменились только цвета пожухшей рогозы и болотного хвоща – лунный свет лишь подернул их тонким слоем серебристой пелены, похожей на плесень. Пилот переключил камеру на видео, но не прошло и минуты, как луна пропала за облаками.

– Досадно… – буркнул Пилот.

Темень стала плотной, почти ночной. От болота потянуло зябкой сыростью. Эльф закурил. И к слабому аромату тления приятно примешался запах сигаретного дыма…

…Тем временем аромат горячей похлебки испытывал терпение и волю Тракториста.

Наконец он не выдержал и включил рацию, призывая товарищей на ужин.

– Уже идем…

Ужин прошел быстро, почти стремительно. Тракторист традиционно первым отбыл в опочивальню. Он долго шебуршал в тесноте одноместной палатки, пока его возню не сменил неделикатный храп усталого путника.

– Волки уж точно не подойдут – подумают, тут мишка спит.

– Давай еще по кружке чая.

– Давай.

– Ты бывал когда-нибудь в детском доме или интернате?

Эльф задумался:

– На зоне – бывал, а в детдоме – нет.

А ты к чему спросил?

– Пока вас ждал, вспомнил кое-что. Знаешь, как в песне – «то, что было не со мной – помню…»

– Поясни.

И Пилот рассказал историю Веньки.

– Не отпускает тебя Золотая Баба.

– Бабы вообще меня плохо отпускают…

– Ну и что из твоего рассказа быль, а что – небыль?

– Венька и интернат – быль. Машину толкали – было. Но приехать в интернат я Веньке не обещал, хотя с языка чуть не сорвалось.

Что-то удержало. И в интернат не приезжал. Хотя тоже хотел и даже собирался – коробку сгущенки купил, конструкторы какие-то… Но такое, знаешь, внутреннее сопротивление было! Не поехал.

– Стало быть, Золотая Баба имеет доступ в твое сознание. Или! Некая часть ее постоянно с тобой. – Эльф достал сигарету, усмехнулся. – Сам говоришь – бабы тебя плохо отпускают.

Пилот помолчал, глядя на суетящихся у светильника насекомых.