Новеллы горной тайги

Что-то напоминают… Ах, да! Словно бы выложена римская цифра LX.

– Минет 60 лет, и здесь наступит запустение… – понимает Пилот.

Большая стела «Город Екатеринбург». Едва различимая, заросшая деревьями. Пустые улицы, редкие прохожие и старые авто. На въезде в город огромный торговый центр с проваленной крышей. Окраины захватывает лес…

– Людское море, пенясь, отступает… – шепчет Пилот. – Теперь народу здесь не больше, чем когда-то в скромном Карпинске…

Он заставляет себя посмотреть в лицо женщины и, возвышая голос, спрашивает:

– Что это? Пророчество?

И видит, как на сухом мерцающем ее лице раскрывается рот, провал его безысходно черен, по краям – два серебряных зуба.

– Только не кричи! Пожалуйста!.. – молит Пилот.

И слышит глухие толчки ее смеха…

– Надо же, смеется… – растерянно бормочет Пилот. Он пытается смотреть в глаза женщины.

Глаза без век не моргают. Их темно-оранжевую поверхность пересекает черная вертикальная линия. Она, как стрелка прибора, мелко дрожит.

«Глаза не человеческие…» – думает Пилот и решается спросить:

– Баба…Золотая, ты не человек? У тебя есть имя?

– Ва-ве-ле-чи-те… – монотонно бубнит Баба, сомкнув уста. – Ва-ве-ле-чи…

– Похоже, кричать не будет, – успокаивается Пилот и, осмелев, спрашивает:

– Прекрасная… э-э… прекрасное созданье, ты здесь живешь?

– Ва-ве-ле-чи-те… Ва-ве-ле-чи…

– Исчерпывающий ответ… – констатирует Пилот и видит…

Копер, квадратная башня заброшенной шахты. Она чуть наклонилась.

– Мы там были… – вспоминает Пилот. – Там снегоход не ехал. Мотор надрывался, а снегоход – ни с места! На руках вынесли! Так и не поняли, что да почему – на 10 метров оттащили, он и поехал… – Это… – напрягает память Пилот, – хребет Рудничный… или Рудянский… Здесь недалеко. Кто-то рассказывал – шахта вроде и затоплена, а иной раз слышны крики…

Пилот чувствует – кто-то тянет его за ногу, но Баба стоит смирно, руки по швам.

Вот только она медленно истаивает, как мираж, а вместо нее возникает фигура Тракториста. Он хлопает Пилота по ноге, вопрошая:

– Чего стонем? Баба приснилась?

– Ага, приснилась… – подтверждает Пилот. – Золотая…

– Это хорошо, это правильно, – улыбается Тракторист. – Не зря, значит, приехали.

Он хлебает чай. От горячего чая изо рта валит пар.

– А у Бабы пара не было… – сонно соображает Пилот. – Не живая она…

– Солнце, однако, садится.