Последний подарок. Детективный роман

Вернувшись из армии, он узнал, что его любимая девушка Айнур умерла. После этого Сато отдалился от всех и стал жить один – наедине со своим горем.

Мысли о детстве вновь и вновь наводили тоску на Садая и сжимали его сердце. Лёжа на кровати, он мысленно возвращался в те далёкие годы. Сейчас ему захотелось подняться и налить себе своего любимого красного вина. Мысли так сильно его окутали своими объятиями, что, казалось, если он пошевелится, то забудет всё своё прошлое и никогда уже не сможет вспомнить. Но сегодня Сато дал себе слово не пить.

Он просто лежал…

Тяжёлые веки сомкнулись и погрузили его в глубокий сон. Морщины вокруг глаз говорили о его потерях и пережитых тяжестях судьбы. Это был последний сон в этом городе.

Завтра его – главного следователя прокуратуры по нераскрытым убийствам Садай Огуза (Сато) – будут встречать в Баку его коллеги по работе…

– 1 —

Солнце продолжало менять своё место. Несмотря на то что близился закат, горячие лучи его продолжали обжигать всё вокруг. В углу сада под высоким деревом за круглым столом с опухшими глазами сидела Афаг-ханум

.

С утра она уже выплакала все слёзы и немного успокоилась. Взгляд был устремлён вниз, и ей было тяжело приподнять отяжелевшие веки. В эти мучительные часы никто из членов семьи не мог помочь её горю. Два дня назад при неизвестных обстоятельствах пропала дочь Хаяла. Её супруг Ибрагим по всевозможным каналам пытался хоть что-то разузнать. Но всё было напрасно – не было никаких вестей. Все: члены семьи, родственники, соседи и знакомые – пытались утешить Афаг-ханум.

Вчера к ним заходили товарищи Хаялы из университета. Не зная точно, жива ли она или её уже нет в живых, рассказывали о том, какая она была добрая, честная и прямолинейная девушка. Пытались поддержать семью в столь тяжёлые минуты.

– Мама, может, ты всё-таки приляжешь немного и отдохнёшь. Сидишь под солнцем и мучаешь себя. Врач же сказал, что тебе надо беречь сердце, – старший сын Махир обнял мать за плечи.

Подойдя к ним, его друг Октай взглядом дал понять, что надо как-то убедить её и хотя бы посадить в прохладе.

Женщина, положив голову на край стола, сидела неподвижно и безмолвно. Она абсолютно не реагировала на происходящее вокруг, ничего не чувствовала. Несмотря на то что у неё было ещё два сына, к дочери всё же была привязана больше. Боль раздирала ей душу. Два прошедших дня длились как будто два года.

С каждой секундой Афаг всё больше начинала верить в то, что дочери давно уже нет в живых.