Ханде. Её шанс на жизнь

Завтра новый день, а через две недели и вовсе новая жизнь. И это мои цели на данный момент и то к чему я иду. Поэтому хватит беспокойств. У меня и без этого появятся хлопоты касательно работы. Так что… всё в порядке. Я поступил, как и должен был. Любой бы сделал точно так же. И мне незачем себя корить. Да…, незачем.» – он закрыл глаза и сделал глубокий выдох. «Давай спи уже.»

Что бывает самым раздражающим по утрам? Наверняка у многих таким раздражителем является телефонный звонок стремительно прогоняющий сон. Так и у Акселя утро не задалось именно после такого звонка.

– Алло. – промямлил полусонный голос.

– Аксель?

– Да.

– Это звонят с детского дома. Приезжайте скорее, случился форс-мажор.

– Чт… Чт… Что именно?! Что-то с Ханде!?

– Да, это связано с ней.

– С ней всё в порядке?

– Прошу вам нужно приехать как можно срочно.

После услышанного парень вскочил с кровати и потребовалось меньше десяти минут на то что бы собраться. Он поехал к ним первым же автобусом.

По-видимому, разговор намечается не из приятных.

По крайней мере так думал Аксель судя по рассерженному виду директора. Снова лучи солнца простирались сквозь окна и настенные часы прерывали недовольства работников что стояли рядом с директором. Аксель смотрел на них и не знал с чего начать. Однако всё поменялось, когда к нему привели Ханде. С яростным криком «Папа!» она мигом бросилась к нему в объятия нагло игнорируя стоящих рядом посторонних. Кроха крепко уткнулась в его живот и не выдержав стала дико плакать, сопровождая крик громкими всхлипами.

– Ты в порядке? – спросил Аксель.

– Не оставляй меня. – проверещала она. – Не оставляй больше!

«Боже…» – подумал он, интуитивно поглаживая её по волосам.

– Что именно произошло? – обратился он к остальным. – Почему вы такие сердитые?

– На деле мы не рассержены. – начал директор. – Такое поведение ребёнка было вполне ожидаемо, однако у неё чересчур много энергии скажу я вам.

– То есть?

– Вчера после вашего ухода, Ханде начала искать вас.

После звать. И когда поняла, что вас нет то подняла яростную истерику. Невыносимую скажу я вам. Невыносимую в том плане что это не прекращалось, а только усиливалось и длилось всю ночь.

– Всю ночь?

– Мы никак не могли её успокоить. В слезах она съела все лепёшки и начала носиться по комнатам в поисках выхода. За тем она залезла на подоконник и начала бить ладонями по стеклу в надежде открыть окно. Мы отвлекали её чем могли, однако её было не унять.