Как спасать принцесс # 1. Волшебник Лагрикома

 – Когда ты говорила, что мы должны разобраться с бароном, я думал, ты хотела сжечь бочки с краской, а не поместье!

Она хитро улыбнулась:

– Нет, я как раз имела в виду сжечь поместье.

И похоже, у нее все шло по плану: крыша уже занялась.

Эпл ринулся к двери – из земли вдруг выскочила новая лоза и оплела дверь так туго, что он не смог ее открыть. Тогда он прыгнул к окну – но с ним произошло то же самое.

– Да прекрати ты это! – закричал он. – Там человек внутри!

Манебжи теперь танцевала на крыше.

Сверху она одарила его взглядом, исполненным такого кипучего отвращения, будто она глядела на червяка у себя в яблоке.

– Люди, вы так любите притворяться! «Прекрати! Там же человек!» Тебе самому этот тип понравился не больше, чем мне.

– Да! Но это не повод поджарить его.

Она коснулась уголка губ пальцем и будто задумалась:

– Ты прав. Но ведь есть и другой повод.

Она сделала вид, что случайно уронила огненный шар.

– Повод? – послышался сонный голос из-за двери.

 – Что за повод? Юбилей барона? Праздник уже начался? Я что-то пропустил?

– Отлично, вы проснулись! – Обрадованный, Эпл прижался к двери, чтобы его было лучше слышно. – Мистер Авокадо, вы только без паники. Огонь над головой уже видите?

– Вообще-то, меня зовут Алукардо, – зевнул мастер. – А для вас – мистер Гавальди.

– Мистер Гавальди, огонь!

– Огонь? Вы начали представление – и без меня? А где же фейерверки? Только не говорите, что я пропустил и их!

Эпл почувствовал, как с той стороны пытаются открыть дверь.

– Как странно. Знаете, у меня не получа…

– Мистер Гавальди, послуш…

Эплу на голову свалилась горящая черепица. Руки сами сбросили ее и отряхнули волосы, а ноги сами одним прыжком унесли хозяина от опасности.

– Что за шутки, Манебжи! – закричал садовник в ярости.

– Позвал девушку на свидание, оставил без внимания – вот и приходится самой выдумывать себе развлечения.

Она кружилась в танце на крыше среди пламени и дыма. Огонь странным образом изменил ее облик: она по-прежнему была неотразимо очаровательна, но в ней больше не было той мягкости, которую Эпл наблюдал при свете уходящего солнца. На лице играли красные отблески, глаза сверкали, брови сошлись в вызове, а губы изогнулись в усмешке. Такое лицо обещало безудержное веселье – в самом жерле вулкана.

Эпл осторожно приблизился к двери.